Мракобесие

Стрелецкий Валерий Андреевич

Из окон моего кабинета в «Белом доме» была видна помойка. Самая обычная, знакомая каждому российскому человеку помойка - огромные баки, горы мусора. Единственное её отличие от всех прочих - помойка была правительственной.

С улицы мусорные баки постороннему взору были недоступны. Увидеть их можно было только из окон «Белого дома»...

Живописный пейзаж встаёт у меня перед глазами всякий раз, когда я вспоминаю о своей прежней работе. По сути, мне, начальнику отдела «П» Службы безопасности президента, приходилось копаться точно в таком же мусоре, который был точно так же укрыт шикарным забором «Белого дома».

О работе отдела «П» мало кто знал. Мы старались действовать тихо, без лишнего шума. Нашей задачей было обезопасить правительство от иностранных спецслужб и преступных группировок, бороться с коррупцией в «Белом доме».

Допускаю, что многие удивятся, услышав об этом. Мол, как же так: кто позволит «копать» под министров и вице-премьеров!

Возможным это стало лишь после октября 1993-го. Осенний путч окончательно убедил президента Ельцина в том, что постсоветские спецслужбы ему не союзники, и он решил, что нужно создавать свой мини-КГБ. Так появилась Служба.

То, что вы держите в руках, не мемуары. Скорее, записки очевидца.

Мои «персонажи» пока ещё не исторические лица. Они продолжают оставаться во главе государства. Эти люди без зазрения совести клянутся с газетных страниц и экранов ТВ в любви к России, в бесконечной преданности народу, в своей честности и неподкупности.

Я же хочу, чтобы их увидели такими, какие они есть в действительности, без сусальной позолоты, грима и имиджмейкерства.

Общество должно знать своих «героев»... Итальянский журналист Джульетто Кьеза прав на все сто, когда пишет в своей книге «Прощай, Россия»:

«Нынешнее российское руководство является для России раковой опухолью. Оно не отдаёт себе отчёта, что погибнет вместе с огромным телом, к которому оно присосалось. Даже не заметив, что именно оно его и убило» (Кьеза Дж. «Прощай, Россия». М., 1997. С. 79.)

И ещё:

«Я вижу, что проводящийся в России до сих пор курс губителен для всех ценностей, существовавших и существующих в этой стране, для культуры, духовности, науки и её мировой роли, как государства». (Там же. С. 4.) Такое чувство, что итальянец Кьеза куда более русский, чем все мы.

Единственно, мне не хотелось бы, чтобы вы восприняли «Мракобесие» как очередной виток «войны компроматов». Это не «война компроматов», а борьба правды с государственной ложью. Я не преследую никаких личных, корыстных интересов. Чувство мести мне тоже не знакомо.

Да и потом, всё, о чём я пишу, хорошо известно и президенту, и премьеру. Мы много раз докладывали о происходящем «отцам нации», но никаких мер не принималось. Всё осталось, как прежде.

Конечно, не в правилах офицеров спецслужб рассказывать о своих делах. Но иного выхода нет. В средствах массовой информации было вылито столько грязи на СБП, А. В. Коржакова и меня лично, что в старое время это стало бы поводом для дуэли. Но сегодня дуэли не в чести. Слишком многим пришлось бы бросать перчатку.

Искренний рассказ о том, что я знаю, - единственно возможный «наш ответ Керзону».

Да и где гарантия, что материалы о коррупции и злоупотреблениях высокопоставленных сановников не попали в руки преступных группировок или - того чище - к иностранным спецслужбам? Где гарантия, что, раздобыв такие документы, иностранные спецслужбы и преступники не попытаются ими воспользоваться? Например, не начнут шантажировать этих самых чиновников, которые на языке спецслужб именуются «потенциальными объектами вербовки». Такой гарантии нет и быть не может. Теперь же, обнародуя эти взрывные материалы, я тем самым выбиваю почву из-под ног шантажистов и - что делать спасаю замаравшихся сановников.

Принять решение взяться за перо мне было не просто. По разным причинам. Я признателен всем, кто поддержал меня в этом.