Моя темная «половина»

Я всегда любила мыться. Полежать в большой ванной, понежится в окружении хлопьев ароматной пены, музыку послушать или самой чего-нибудь помурлыкать под тихое журчание воды из крана. Петь я тоже любила с детства, и песни писать начала лет с шести. Потом были уроки игры на гитаре, разные творческие кружки… так и металась между музыкой и ИЗО, даже не пытаясь претендовать на лавры в хореографии. В этой сфере талантом у нас блистала Маринка. Самая красивая, грациозная, обаятельная и очаровательная сестренка на свете.

Сегодня она, несмотря на восьмой месяц беременности, планировала устроить мне незабываемый вечер в каком-то недавно открывшемся клубе, делами которого заправлял один из ее многочисленных знакомых. Я всегда знала, что быть фотомоделью трудно, но перспективно, ибо полезных контактов у некоторых из них гораздо больше, чем у бизнесменов, типа нашего папы. Марина как раз относилась к таким. Коммуникабельная, энергичная, веселая — ее знали многие, и она, в свою очередь, знала их. Распрощавшись с сестрой на пороге родительской квартиры, мы договорились встретиться в десять вечера по указанному ей адресу. Встретиться всей компанией. Хотя я, если честно, предпочла бы погулять с Мари вдвоем.

С момента как наша странная компания очутилась возле церкви, прошла неделя. Июль радовал умеренным теплом, родственники — пониманием и заботой, а иномирные элементы… вот они как раз не очень-то и радовали, скорее, озадачивали и временами нервировали. После феерично сорванной свадьбы господа маги закатили в ресторане не менее фееричное представление в стиле фокусников-иллюзионистов, выступающих в компании ученого кота, ворона-мутанта и робота-птеродактиля. Признаю, получилось здорово!

Моя злость на недавнюю выходку «друзей-неформалов» таяла пропорционально рассуждениям отца на тему того, что отдавать свою девочку в дом, где ее при первом же удобном случае окрестят Сатаной и на костер отправят — он не согласен. Однако подобные мысли не помешали ему справиться о здоровье Ника и его спятившей мамаши, отправить ей цветы в больницу, куда женщину положили с диагнозом «нервный срыв», и пригласить главу их семейства с сыном и дочкой на… короче, на ужин в честь того, что всех их от жизненной ошибки спас случай.

За случай и пили. Все! Даже Марина пару глотков шампанского сделала. И уж не знаю, что там в будущем ожидает отцовский совместный бизнес с несостоявшейся родней, но… отношения он точно сохранит с ними если не дружеские, то как минимум нейтральные. В этом весь папа. Дипломат с отличным чувством юмора и деловой хваткой. Умудрился позор превратить в праздник, никого при этом не оскорбив. Впрочем, истинные виновники сорванного венчания ему активно помогали развлекать приглашенный народ. За что я их почти простила. Ведь, если говорить честно, замуж за Ника мне не хотелось, а отказаться от церемонии не могла из-за родителей. Зато теперь и отказываться не пришлось, все как бы само собой случилось.

В отличие от сестры, я свое интересное положение не афишировала, да и не берегла особо, потому пила шампанское не глотками, а фужерами, прекрасно зная, что меня довезут до дома в любом состоянии и уложат в родную кровать. Потом еще, помню, танцевала медленный танец с папой, с приехавшим под конец ужина экс-женихом, с Маринкиным мужем и даже с Ырли (хотя с ней танец был быстрый). Ну, и пряталась по углам от черта блондинистого, который обещал показать, как именно надо двигаться, когда играет медляк. Сэн же оккупировала мама, которая видела в нем, как минимум, интересного мужчину, и как максимум — русского Коперфильда. Папа не ревновал, папа у меня вообще не из ревнивых, к тому же он всегда говорил, что с кем бы Ядвига не флиртовала днем, ночью спать она будет в его, папиной постели.

Одним словом, свадьба прошла весело! Но особенно «весело» мне было проснуться не в своей кровати и… не одной. На этот раз на большой тахте разместились все иномирцы, не считая киприна и Кааса, кот, как вы поняли, присутствовал. И вот там-то мне хорошо так проехались по мозгам на тему безответственного поведения, расписав во всех красках, какую угрозу для меня представляют окружающие и… какую я для них. Оказывается, защитный купол для пьяной сони эти герои ставили втроем, и поддерживали его последние часа два, ибо тьма… моя разгулявшаяся голодная тьма во всю «облизывалась» на гостей, оставшихся ночевать в нашем загородном доме. Хотя, по словам Сэн, большую часть из них он бы с удовольствием мне скормил, если б это не грозило неприятностями для моих родных.