Моя судьба, моя любовь…

Казалось, все в жизни происходит не просто так. И даже, когда случается что-нибудь плохое — это всего лишь звенья цепи нашей жизни. Все происходить последовательно, как и должно быть. За малыми неудачами и бедами обязательно наступает счастливая пора. И хотя в момент, когда случается несчастье, кажется, что жизнь кончена и уже никогда не будет все хорошо, не стоит отчаиваться. Главное верить и ждать!

Меня зовут Кассандра Сомервиль. Мои родители умерли, когда мне было 13 лет. Они попали в автомобильную аварию. Я ждала их у бабушки, но они так и не приехали. Это было тяжелое время в моей жизни. Позже, когда прошла череда похорон и соболезнований родственников и знакомых, я осталась жить с бабушкой. И, когда жизнь уже налаживалась, боль утраты понемногу утихла — судьба подбросила мне новое испытание — бабушка умерла. Случился инфаркт, и врачи не успели её спасти.

Так с 15 лет я жила с тетей. Она теперь была моей единственной родственницей. Жизнь с ней не была радостной или счастливой. Нет. Тетка Белинда была скупой, высокомерной, завистливой особой. Она все время чем-то была недовольна. За всю жизнь тетка так и не вышла замуж, да и каких-либо отношений с противоположным полом тоже не имела.

— Я, Белинда Гастингс, потомственная аристократка не опущусь до отношений с низкородными мужиками, — любила она говорить, когда её кто-нибудь, не дай Бог, спрашивал о личной жизни.

Тетка увлекалась историей, родословной, этикетом и всем, что было связано с высшим светом. Поэтому и меня после окончания школы отправляла учиться на исторический факультет. Я её мнение не совсем разделяла, и мы сошлись на факультете археологии Оксфордского университета. Хотя истории за годы учебы я выучила не мало.

Однако в некоторые моменты своей жизни я была ей благодарна. Всю свою сознательную жизнь я прожила в Англии и теперь, когда мы отправлялись в экспедицию то в Грецию, то в Рим, то в Африку мне было безумно интересно.

Я окончила второй курс университета, и мы отправились на практику в Каир. Я была рада оказаться подальше от злобной тетушки, которую за спиной называла не иначе как Круэла.

Сегодня наши раскопки происходили в одной из гробниц фараона. А точнее, это была гробница фараона Аменхотепа ІІ. Главной нашей целью в этой экспедиции было необычайное зеркало. По приданию оно было сделано в форме солнечного диска. Материалом для его изготовления послужили драгоценные металлы и камни. Говорилось, что оно придавало красоту тому, кто в него хоть раз посмотрит. И имя ему было Солнце полуночи. Фараон Аменхотеп ІІ подарил его своей любимой дочери Анхесенамон. Многие охотились за ним, но никто его так и не видел. Принцесса прятала его, и захоронено оно было вместе с ней.

В гробнице было очень душно, и не смотря на то, что на мне были только короткие шорты цвета хаки и черный топ, я изнывала от жары. Я остановилась, перекинула свою длинную косу за плечи и стала разглядывать рисунки на стене гробницы. Они были разгадкой всех тайн.

В поисках зеркала мы находили много других вещей, которые тоже были весьма цены для музея нашего университета. Но всё же мы мечтали о другом.

Эту экспедицию возглавлял профессор Таррел. В команду экспедиции входили только самые лучшие студенты. И я, честно говоря, гордилась тем, что причислялась к ним.

Подходил к концу второй день экспедиции, а Солнце полуночи мы так и не нашли.

Уставшие и немного расстроенные мы шли к месту, где должны были разбить лагерь. У каждого за плечами был рюкзак с личными вещами.

— Сегодня я хочу показать вам необычное место, — говорил профессор Таррел. После раскопок он проводил не большую экскурсию по местным достопримечательностям. — В Каире есть место, где вещь пропадает и никогда больше не появляется вновь.

Честно говоря, после долгого изнурительного дня раскопок это не особо интересовало. Все, что хотелось — это побыстрее помыться, перекусить и спать.

— Это ущелье называет Потерянным, Исчезнувшим. История и люди доказывают, что те, кто по не осторожности падали вниз ущелья — он соответственно указал рукой ко дну ущелья, — больше никогда не возвращались. Каждый из вас может что-нибудь бросить сюда, а потом мы спустимся к подножью горы и, вы убедитесь, что ничего не найдете.

Это было абсурдно. И я едва удержалась от того, чтобы ехидно фыркнуть. В экспедицию брали только самое необходимое и, естественно, что предмета, с которым можно здесь расстаться ни у кого просто не было. Все молча, стояли и взирали на профессора.

Но профессор Таррел был фанатом своего дела, поэтому он достал со своего рюкзака книгу и бросил её в ущелье. Все с интересом начали подходить к краю обрыва, чтобы посмотреть падение книги. Я стояла впереди группы и поэтому волной студентов невольно тоже приблизилась к ущелью. Мы стояли на краю и всматривались в бездну, но ни книги, ни дна ущелья не было видно.

— А сейчас, мы спустимся вниз и там продолжим осмотр.