Моя принцесса

Вивьен задохнулась от внезапно нахлынувшей страсти. Длинные пальцы с ногтями идеальной формы сильно сдавили ножку тонкого хрустального бокала. Она отступила на шаг и почувствовала спиной прохладную шероховатость стены. Вивьен чуть откинула голову назад. Пригубила золотистое шампанское, не отводя взгляда глубоких синих глаз от лица мужчины, стоящего напротив. Да что там напротив — в двух шагах, совсем маленьких шагах. Слишком близко. Опасно близко…

Рядом, за стеной, слышался мерный гул голосов, взрываемый время от времени хлопками открывающихся бутылок, непонятно кому адресованными аплодисментами и женским смехом, порой слишком фальшивым. Вивьен поморщилась: нелепые люди — не умеют жить, не умеют чувствовать, не умеют даже хорошо притворяться!

Нельзя… не время… — пульсировала в мозгу воспаленная, неоформленная мысль. Но как притягательно, лишь уголками губ, улыбается молодой мужчина, стоящий рядом! И прядь светлых непокорных волос пересекает его лоб, касается века, совершенно не соответствуя строгому стилю форменного костюма. Господи, эта непослушная прядь — признак сильной, пылкой натуры — сведет Вивьен с ума!

Безмолвная игра-поединок продолжается. И не отвести взгляда, не уйти, но и не приблизиться — проиграешь.

Он сдался первым. Неторопливо отставил поднос с бокалами на массивную мраморную тумбу. От его движения вино замерцало в полумраке узкого коридора, куда проникало одинаково мало света из кухни и из гостиной. Тягуче, невозможно медленно мужчина подошел к Вивьен, словно опасался спугнуть ее. Она замерла, только тонкие ноздри затрепетали. Бешено колотилось сердце: увидят… остановись! Нет, не устоять.

Как камень, брошенный в воду, порождает круги, так и прикосновение горячей ладони к талии порождало волны истомы, которые, ширясь, захватывали сознание. Вивьен закрыла глаза и только глубоко и порывисто вздохнула, когда почувствовала на шее поцелуй. Она уже не задумывалась о том, где находится и кто рядом с ней. Уплыл куда-то этот смешной мир, жаркий июньский вечер, огромный роскошный дом, напыщенные разодетые гости, среди которых прохаживается муж Вивьен… Осталось лишь непреодолимое притяжение и власть мужчины, прикасавшегося к ней.

Вдруг послышались стремительные шаги. С грацией дикой кошки Вивьен высвободилась из объятий блондина и в три шага очутилась в кухне. К счастью, там не было ни души, и нескольких секунд вполне хватило, чтобы привести платье в надлежащий вид.

Из коридора, который она только что покинула, донесся шум: столкновение, звон бокалов, невнятное ругательство и извинения. Без удивления Вивьен отметила, что чертыхался красавец официант, а извинялся другой человек — его голос был тихим и вкрадчивым. Вероятно, всю энергию, отпущенную ему природой, Брайан вкладывает в скорость передвижения, мысленно прокомментировала Вивьен. Она отошла к окну, которое было открыто, в надежде, что прохладный ветерок хотя бы немного остудит ее и освежит разгоряченное лицо. Но о какой прохладе можно мечтать в Майами теплым июньским вечером, сменившим знойный день?

Во дворе особняка яблоку негде было упасть: нарядные дамы, скучающие джентльмены, сдержанная до поры до времени молодежь, игриво перемигивающаяся между собой. Младшее поколение предпринимателей и деятелей современного искусства вело такие же степенные (внешне, по крайней мере) беседы, как и их родители, разве что улыбались молодые люди чаще, а смех был более искренним и живым.

— Вивьен, почему ты здесь? Решила поскучать в одиночестве?

Брайан вошел неслышно. Он остановился на пороге кухни, точно боялся приблизиться к стоявшей у окна женщине. Темные волосы как всегда взъерошены, брови удивленно приподняты, светло-зеленые глаза смотрят наивно и робко. Можно подумать, что подросток, смущаясь, заговаривает со строгой, недоступной красавицей, а не взрослый двадцатипятилетний молодой человек обращается к мачехе, которая старше его всего на девять лет…

— По-моему, это более естественно, чем скучать в толпе гостей! — Вивьен резко обернулась. Бросила на пасынка иронический взгляд, от которого он совсем стушевался, сделала глоток шампанского.

— Но, Вивьен, это же день рождения Кристин. Она ведь тоже не хотела пышного праздника. И ты сама составляла список приглашенных… — пробормотал растерянный Брайан.

— Составляла, — холодно согласилась Вивьен.

Она отошла от окна. Тонкие, как шипы, каблуки элегантных черных туфель четко выстукивали ритм шагов. Вивьен поставила на стол свой бокал, любовно провела по нему пальцем, словно вспоминая того, кто подал его. Она подумала вдруг, что не знает даже имени красавчика, и усмехнулась.

Брайан все так же вопросительно смотрел на нее.

— Отец ищет тебя. Скоро приедет Кристин. Пойдем к гостям, Вив!

— О, я должна вместе со всеми встречать ее высочество? Склоняться перед ней в восхищенном поклоне? Развлекать светскими разговорами гостей твоей сестры?