Моя девочка (СИ)

Даша протирала столы перед началом рабочего дня, расставляла салфетницы, когда увидела в окно съехавший с трассы огромный чёрный джип. Страшная и наверняка очень дорогая машина неторопливо затормозила у их заведения, заглушила мотор, погасила фары, и изнутри вышли двое высоких мужчин, очень представительного вида. Один темноволосый, в стильном сером пальто, чёрных брюках, другой абсолютно лысый, в кожаной куртке и джинсах. Статусность этих двоих и наличие у них больших денег чувствовались во всем — в их внешнем виде, осанке, движениях.

О чём-то переговариваясь между собой, мужчины направились к входу в небольшое одноэтажное строение, в котором вот уже несколько месяцев жила и работала Даша.

Девушка отчего-то вдруг сильно разволновалась. За все время, что она находилась здесь, такие гости в придорожном кафе не появлялись ни разу.

Заведение было скромным, бюджетным, рассчитанным на дальнобойщиков и обычных путников со средним достатком. А эти двое были словно из другой вселенной. И машина у них была, хоть наверняка и очень дорогая, но какая-то страшная. Даша раньше вообще таких никогда не видела.

Над входной дверью брякнул колокольчик, и двое мужчин прошли сразу к барной стойке, где натирала посуду Нина Михайловна — хозяйка. Грузная, ворчливая женщина, но в душе добрая, как казалось Даше, ведь именно она дала ей работу, еду и ночлег, когда девушка в этом всем так остро нуждалась. Денег, правда, не платила совсем, но Даше они и не нужны. Зачем? Ее ведь итак кормят, есть тёплая постель, и безопасность. Мужа Нины Михайловны все дальнобойщики знают, и никогда не позволят устроить беспредел в заведении его супруги.

— Добрый день, любезная, — поздоровался лысый мужчина с хозяйкой, а Даша отвернулась, усердно продолжая натирать тряпкой и без того уже чистый стол.

Пусть она и понимала головой, что находится здесь в безопасности, но в присутствии посторонних мужчин все равно чувствовала себя некомфортно, хоть и пыталась бороться с этими своими комплексами изо всех сил. Давалась эта борьба не всегда легко, но потихоньку девушка справлялась. Работа требовала того.

— Продай мне бутылку воды, желательно пятилитровую. Есть такие? — раздался из-за спины Даши низкий рокочущий голос.

— Конечно, конечно, — голос Нины Михайловны прозвучал непривычно ласково, и даже заискивающе, чему Даша очень удивилась. Обычно эта женщина со всеми абсолютно разговаривала в своей стандартной грубоватой манере.

Что заставило ее изменить своим обычаям сейчас?

От удивления Даша даже обернулась, чтобы снова посмотреть на этих двух мужчин, и встретилась взглядом с тем, что был в сером пальто.

Ее щеки тут же вспыхнули, а сердце учащённо забилось от того, как он смотрел на неё. Взгляд тяжёлый, внимательный, словно прожигающий насквозь, и девушка поспешила отвернуться, не в силах выносить такое пристальное внимание.

— Костя, давай присядем, выпьем кофе, — раздался ещё один низкий мужской голос, от которого по спине у Даши побежали мурашки, а руки, слишком сильно сжимающие тряпку, буквально задрожали.

За это она разозлилась сама на себя. Чего разволновалась так, глупая? Подумаешь, посмотрел на неё человек. В этом нет ничего такого. На то людям глаза и даны — чтобы смотреть.

— Вы можете пройти в кабинку, сейчас там свободно, — все тем же елейным голосом предложила Нина Михайловна их необычным гостям. — Дашка, проводи мужчин!

Девушка даже вздрогнула от её громогласного оклика. Оставила тряпку в покое, и, избегая смотреть на них, повернулась.

— Пожалуйста, пройдемте, — негромко произнесла она, жестом предлагая следовать за ней.

И наступило очередное испытание. Остаться наедине с двумя мужчинами, да ещё и такими. От них вкусно пахло наверняка очень дорогим одеколоном, и это вызывало странный трепет в груди девушки.

«Они точно такие же люди, как и все остальные, просто немного больше зарабатывают», — мысленно уговаривала она себя, но все равно ничего не могла поделать с сильным волнением, необычным даже для неё.

Смотреть на них она все так же избегала, особенно на того, что был в сером пальто. Потому что сам он буквально сверлил ее взглядом, и от этого девушка не могла ни на секунду спокойно вздохнуть.

«Я должна просто сделать свою работу и уйти», — твердила она себе, чтобы победить мандраж. Однако это не слишком ей помогало.