Москва атакует

Война делит людей на три части. Для первых - простых людей - это боль, страдания, потери, лишения. Для вторых - солдат - работа, нудная, однообразная, оплаченная потом и кровью. Для третьих - наёмников - бизнес. Война - одно из самых прибыльных предприятий, которые когда-либо выдумывало человечество. И солдаты и наемники получают за войну деньги. Только это разные деньги. Наемники воюют ради "презренного металла". Сегодня они стреляют в вас, а уже завтра вы будете драться плечом к плечу. Они сбиваются в стаи и продаются различным корпорациям, как, например, частная армия Blackwater. Это книга не о них, хотя...

Бронированный фургон шел вслед за джипом сопровождения, водитель упрямо держался в пятнадцати метрах от машиной оперативников ФСО, рядом с ним, зажав между коленей Пистолет-пулемет "Витязь", сидел сотрудник Службы Охраны. Все случилось так быстро, что водитель едва успел среагировать. Лопнувшее колесо увело фургон влево, на встречную полосу, и только мастерство шофёра позволило избежать столкновения с грузовиком. Раненая машина замерла на обочине, белый от страха охранник трясущейся рукой вытер со лба пот.

- Ты бог баранки, - дрогнувшим голосом сказал он водителю, - с меня пузырь. Хотя, к черту! Буду поить тебя столько, сколько в тебя влезет, пока пощады не запросишь.

Водитель кивнул. От пережитого он так оцепенел, что не мог вымолвить и слова.

Машина оперативников, потерявшая объект, развернулась через две сплошные и припарковалась перед мордой замершего на обочине фургона.

- Что у вас? - выбравшись из машины, спросил старший группы сопровождения.

- Все нормально, Вить, - ответил сопровождающий, - колесо лопнуло.

Но старшего это не успокоило, отрезок дороги был подозрительно пуст, по его краям густой кустарник переходил в лесополосу.

- Странно, - старший озадаченно посмотрел по сторонам, - последняя машина прошла навстречу две минуты назад и сзади никто не едет. Ребята, внима...

Договорить он не успел, короткая очередь ударила его в грудь, швырнув на капот джипа. Охранник из фургона, отпрыгнул за бронированный борт, чтобы получить пулю в лицо, но уже с противоположенной стороны дороги. Водителя спасло чудо, отпрыгнув назад, оперативник налетел спиной на открытую бронированную дверь и захлопнул ее, водитель тут же заблокировал замки и нажал сигнал тревоги, после чего рухнул на сиденье. Вытянув руку, он подтащил к себе "Витязь", оставленный охранником. Система предохранителя у того была такая же, как и у обычного калаша, который после службы в армии водитель до сих пор помнил, как "Отче наш". Изготовившись к стрельбе, оперативник стал ждать, прекрасно понимая, что атаковавшие, не остановятся ни перед чем, чтобы захватить груз. Водила даже и не знал, что везет, какие-то стальные контейнеры в какой-то научный институт.

По джипу хлестнул ливень пуль, броня выдержала, а из скрытых амбразур оставшиеся оперативники ответили огнём.

- Атакованы неизвестными! - заорал в рацию водитель джипа. - Девятнадцатый километр Ленинградского шоссе!

Дежурный ответил мгновенно:

- Вас понял, ближе всего находится отделение ОМОНа. Только что закончили захват наркокурьера, уже выдвинулись. Держитесь! Время прибытия шесть минут.

Но шести минут нападавшие охранникам не дали. Из кустов вылетела реактивная граната, которая рванула прямо под днищем джипа, подняв его в воздух и отбросив в придорожную канаву. Двое бойцов погибли на месте, и только уцелевший водитель, выбравшись из полыхающей машины, вытянул из кобуры штатный Пистолет Ярыгина, он же "Грач".

К бронированной "газели" уже бежали люди с автоматами в руках, все как один смуглые и бородатые, проще говоря, лица кавказкой национальности. Их было четверо. Пятый остался за рулем старой ржавой тойоты, которая выехала на трассу с заросшего травой отворота в лесополосу.

Неожиданно амбразура на водительской двери приоткрылась, оттуда высунулся ствол автомата, и короткая очередь срезала одного из бородачей, второй рухнул на землю, прикрывшись мертвым или раненым напарником. Двое с другой стороны не стали стрелять, тратя драгоценное время на обстрел бронированного фургона, вместо этого они поднажали, уходя с линии огня. Выживший фэсэошник поднял пистолет и, прицелившись, всадил три пули в бок залегшего за трупом боевика. Тот дернулся и затих.

В полукилометре со стороны Москвы раздались несколько очередей, потом ещё, потом все смолкло.

- Эй, водила, ты живой? - крикнул выживший сопровождающий.

- Живой, - раздался приглушённый бронёй голос. - Они что-то прилепили к боковой двери.

- Суки, - выругался оперативник. - Держись!