Московские типы

Самый редко встречающийся тип. Их всё меньше и меньше. Они попросту вымирают. Как правило, представители этого типа – благородного вида старушки, родившиеся в Москве от родившихся в Москве родителей.

Старушки эти образованны и утончённы, независимы в суждениях и легки в общении. Они прекрасные собеседницы, им есть, что вспомнить, и, при желании, они способны занять, рассмешить или заставить плакать. Они всю жизнь живут в этом прекрасном городе и говорят его прекрасным языком. Настоящим русским языком.

Такая старушка не носит на голове платочек, завязанный морским узлом под челюстью, и не разгуливает круглый год в валенках. Напротив, на ней – шляпка и туфли, перчатки и очки. И непременный ридикюль. Она вообще следит за собой, несмотря на дремучий возраст.

Коренной москвич полон чувства собственного достоинства и собственной причастности к истории – здесь жили его предки, построившие лучший город в мире. А ведь для москвича, для коренного москвича, лучше Москвы ничего нет. Москва – центр притяжения, пуп Земли, мать городов. Каждый камень столицы – не просто камень, а свидетель и участник великих событий великой истории великого города. Города-сказки, города-легенды.

Сине-золотая, тягучим звоном разливающаяся Москва! Взбалмошная и величественно-строгая, гулящая и целомудренно-чистая. Чумазая баба в золотом венце!

А какие люди населяли когда-то Арбат и Покровку, Знаменку и Мясницкую! Какие прекрасные, непостижимые люди! Сердобольные и жестокие, хитрые и вместе с тем наивные, вероломные и набожные. Путаные, противоречивые, удивительные люди! Дети своего города.

Где вы теперь, милые, смешные москвичи? Вы уходите от нас, и с вами навсегда уходит молочно-медовая, сдобная, румяная и нарядная Москва...

Москвичи этого типа встречаются северной и южной масти. Северная масть не особенно интересна. В основном, это выходцы из богатых регионов России. Например, из Тюмени. Они приезжают в Москву с полными карманами денег, покупают квартиры на Тверской или на Кутузовском – на меньшее они не согласны, – а затем расселяются в этих квартирах сами и привозят родню со всего белого света. Но Москва не интересует такого москвича своими памятниками и театрами, музеями и храмами. Спросите его, как найти церковь Воскресения в Барашах или в Кадашах. И он посмеётся над вами и заявит, что не знает ни барашей, ни кадашей. Но спросите только, где находится офис такого-то банка или такой-то «бутик». О! Он с радостью объяснит и снабдит вас рекомендациями... В общем, они неплохо устраиваются и живут весело.

Но гораздо веселее живёт южная масть! Как они попали в Москву, кто их сюда созвал – остаётся загадкой. Потому что нет в Москве ни одного человека, кто бы радовался соседству с ними. Приезжают они из горных аулов. В Москве они торгуют, по причине нерасположенности к иным занятиям. Кто хлебом торгует, кто овощами, кто женским бельём в бутиках, кто изделиями из драгоценных камней и металлов, кто автомобилями, кто воздухом. Главное, что их очень много и как-то неорганично они вписываются в Московский ландшафт. Чернявые и златозубые, сидят они, точно галки, на корточках вдоль перронов метро или толпами, в сопровождении младенцев и женщин с окрашенными в жёлтый цвет волосами, праздно шатаются по торговым залам, скупая всё подряд и необычайно громко обмениваясь мнениями на одном из языков неизвестной нам группы. Перед нами – москвич южной масти. Любопытнее всего, что москвичи эти умножаются прямо-таки в геометрической прогрессии. Во-первых, они тоже привозят родственников. Эти родственники из аулов весьма многочисленны. И если у северной масти из родни, дай Бог, жена, двое детей, тёща с тестем и двоюродная тётка с пуделем, то у южной масти – вся обойма. Да притом в нескольких экземплярах. Во-вторых, рождаемость у них прямо какая-то необузданная! И всё бы ничего, да одно страшно: Москва для них – дойная кобыла. Кумыс один. Но что будет, когда они напьются кумыса?..

Впрочем, существует ещё и некий промежуточный тип, многие из представителей которого, в Москве родились и выросли, чем необычайно горды. Это те, чьи родители приезжали в Москву по лимиту или продвигались по служебной лестнице у себя в Моршанске, а затем шли на повышение; или заезжали поучиться и случайно выходили замуж или женились в Москве. Москвичей этого типа очень много. Их большинство. И как любое большинство они не особенно интересны, потому что ничем, как только нелепым апломбом, не отличаются от прочих граждан. А потому и распространяться о них мы не станем.