Морской закон

Над Багдадом повис кроваво-красный диск полной луны. В древние времена люди молились, увидев ночное светило таким кровожадным, потому что такая луна считалась знаком, предвещающим великие беды.

Из развалин окраины вышла группа людей. Обремененные тяжелой ношей, они бесшумно двигались в сторону реки Евфрат.

Майор Джамал Рафали, поддерживая висящий на плече автомат, подобно большой кошке, готовой в любой момент к стремительной атаке, шел замыкающим в цепочке бойцов президентской гвардии.

Всю свою сознательную жизнь Джамал был воином, солдатом, стражем президента Хусейна. Он был готов выполнить любой приказ своего главнокомандующего, без колебаний умереть за него и за Ирак.

Но ситуация стала разворачиваться совсем не так, как рассчитывал майор. Когда коалиционные силы вторглись на территорию Ирака, не было ни грандиозных баталий с применением сотен танков и пушек, десятков тысяч пехотинцев, ни воздушных сражений. Войска коалиции усиленно бомбили города Ирака, а иракские войска, не вступая с противником в огневой контакт, беспорядочно ретировались в глубь страны.

Джамал Рафали, назначенный командиром учебного отряда президентской гвардии, ожидал, что гений главнокомандующего задумал военную хитрость – заманить оккупантов в глубь страны и не выпустить обратно ни одного человека.

Надежды майора не оправдались, Багдад, как и другие города Ирака, был сдан практически без боя. Армия была распущена для самостоятельной борьбы с оккупантами. Отряд Рафали отказался распускаться, они остались верны присяге, и майор отвел своих людей на подземную базу, каждую ночь выводя их на ночные диверсии против вооруженных сил коалиции. Его солдаты были настоящими патриотами, но слишком уж мало опыта было у них, и редкая операция обходилась без потерь. Партизанская война шла своим чередом, различные группировки взрывали фугасы у дорог, обстреливали блокпосты и колонны коалиционных сил, захватывали заложников из числа иностранных подданных, оказавшихся в Ираке по тем или иным причинам. Но во всем этом сумбуре проскальзывала явная неорганизованность, хаотичность, что в значительной мере снижало эффективность боевого применения диверсий.

Джамал Рафали, время от времени используя дизель-генератор, мог иногда смотреть телевизор, поэтому находился в курсе новостей, происходящих в его стране. Таким образом он узнал о поимке американскими морскими пехотинцами президента Ирака Саддама Хусейна. Несколько дней майор пребывал в состоянии дикой ярости, дважды он выходил с диверсионными группами обстреливать американский блокпост, на третий раз атаку он предпринял не ночью, а средь бела дня, удачным выстрелом из «РПГ-7» Джамал лично поджег тяжелый танк «Абрамс». Кадры выбирающихся из горящей боевой машины танкистов обошли все телеканалы мира.

Наконец американцы продемонстрировали своего пленника. Косматый пожилой человек с бородой и большими усталыми глазами мало походил на Саддама, больше смахивая на Карла Маркса. Рафали решил, что это подстава американца, после чего ему стало легче жить и воевать.

А вскоре в бункере вдруг появился командир президентской гвардии бригадный генерал Кураджи. Худой с аскетичным лицом седовласый старик на этот раз был не в привычной военной форме с лихо заломленным над левой бровью беретом, а в самой обычной цивильной одежде.

– Здравствуй, Джамал. – Старик обнял Рафали, похлопал по спине. Мужчины были знакомы уже много лет, еще с тех пор, когда один был в звании капитана, а второй безусым кадетом военного училища. Много песка пустынного перенес ветер с тех пор, и никогда майор Рафали не думал, что они когда-нибудь встретятся в таких условиях. Но у жизни свои повороты и свои расклады.

После падения Багдада и оккупации страны американцы выпустили колоду карт с лицами министров и генералов Саддама Хусейна, где была указана цена за голову каждого. Когда среди добытых трофеев обнаружили такую колоду, Джамал Рафали внимательно ее просмотрел и обнаружил изображение своего командира. Генерал Кураджи находился в когорте валетов и за его голову была назначена серьезная сумма. Джамал был уверен, что наставник давно бежал из Ирака, но оказалось, что генерал все это время жил в небольшом домике в пригороде Багдада, и не просто жил, а воевал. Все это Кураджи в двух словах рассказал Джамалу.