
Монтаж attpaкционов
Описание
Сергей Эйзенштейн в своей работе "Монтаж аттракционов" предлагает новаторский подход к театральному искусству, основанный на монтаже различных аттракционов для достижения максимального эмоционального воздействия на зрителя. Работа анализирует принципы построения спектакля, используя методы кино и цирка. Эйзенштейн утверждает, что театральное действо должно быть построено на монтаже агрессивных моментов, которые вызывают у зрителя определенные эмоциональные реакции. Это позволяет достичь максимального эффекта и идеологической составляющей. Книга рассматривает примеры применения данного метода в постановке "Мудрец", подчеркивая важность использования различных театральных элементов (музыка, хореография, визуальные эффекты) для достижения желаемого результата. Эйзенштейн противопоставляет свой метод традиционным подходам к театральному искусству, предлагая новый способ вовлечения зрителя и достижения максимального воздействия.
Сергей Эйзенштейн
Монтаж attpaкционов
К ПОСТАНОВКЕ НА ВСЯКОГО МУДРЕЦА
довольно простоты" а. Н. ОСТРОВСКОГО "
В МОСКОВСКОМ ПРОЛЕТКУЛЬТЕ
I. ТЕАТРАЛЬНАЯ ЛИНИЯ ПРОЛЕТКУЛЬТА
В двух словах. Театральная программа Пролеткульта не
в "использовании ценностей прошлого" или "изобретении новых форм театра", а в упразднений самого института театра как такового с заменой его показательной станцией достижений в плане поднятия квалификации бытовой оборудованности масс. Организация мастерских и разработка научной Системыдля поднятия этой квалификации -- "прямая задача научного отдела Пролеткульта в области театра.
Остальное делаемое--под знаком "пока"; во удовлетворение привходящих, не основных задач Пролеткульта. Это "пока" -
по двум линиям под общим знаком революционного содержания.
1. Изобразительно-повествовательный театр (статический, бытовой -правое крыло: "Зори Пролеткульта", "Лена" и ряд недоработанных постановок того же типа, линия бывшего Рабочего театра при ЦК Пролеткульта).
2. Агит[ационно]-аттракционный (динамический и эксцентрический -- левое крыло) -- линия, принципиально выдвинутая для работы Передвижной труппы московского Пролеткульта мною совместно с Б. Арватовым.
В зачатке, но с достаточной определенностью путь этот намечался уже в "Мексиканце"--постановке автора настоящей статьи совместно с В. С. Смышляевым (Первая студия МХАТ Затем полное принципиальное расхождение на следующей же совместной работе ("Над обрывом" В. Плетнева), приведшее к расколу и к дальнейшей сепаратной работе, обозначившейся "Мудрецом" и... "Укрощением строптивой", не говоря уже о теории
построения сценического зрелища" Смышляева, проглядевшего все ценное в достижениях "Мексиканца".
Считаю это отступление необходимым, поскольку любая рецензия на "Мудреца", пытаясь установить общность с какими угодно постановками, абсолютно забывает упомянуть о "Мексиканце" (январь --март 1921 года), между тем как "Мудрец" и вся теория аттракциона являются дальнейшей разработкой и логическим развитием того, что было мною внесено в ту постановку.
3. "Мудрец", начатый в Перетру* (и завершенный по объединении обеих трупп), как первая работа в плане агита на основе нового метода построения спектакля.
IJ. МОНТАЖ АТТРАКЦИОНОВ
Употребляется впервые. Нуждается в пояснении.
Основным материалом театра выдвигается зритель; оформление зрителя в желаемой направленности (настроенности) -- задача всякого утилитарного театра (агит, реклам, санпросвет и т. д.). Орудие обработки -- все составные части театрального аппарата ("говорок" Остужева не более цвета трико примадонны, удар в литавры столько же, сколько и монолог Ромео, сверчок на печи не менее залпа под местами для зрителей), во всей своей разнородности приведенные к одной единице -- их наличие узаконивающей -- к их аттракционности.
Аттракцион (в разрезе театра} -- всякий агрессивный момент театра, то есть всякий элемент его, подвергающий зрителя чувственному или психологическому воздействию, опытно выверенному и математически рассчитанному на определенные эмоциональные потрясения воспринимающего, в свою очередь в совокупности единственно обусловливающие возможность восприятия идейной стороны демонстрируемого -- конечного идеологического вывода. (Путь познавания -- "через живую игру страстей" -- специфический для театра.)
Чувственный и психологический, конечно, в том понимании непосредственной действительности, как ими орудует, напр[имер], театр Гиньоль: выкалывание глаз или отрезывание рук и ног на сцене, или соучастие действующего на сцене по телефону в кошмарном происшествии за десятки верст, или положение пьяного, чувствующего приближение гибели, и просьбы о защите которого принимаются за бред, а не в плане развертывания психологических проблем, где аттракционом является уже самая тема как таковая, существующая и действующая и в не данного действия при условии достаточной злободневности. (Ошибка, в которую впадает большинство агиттеатров, довольствуясь аттракционностью только такого порядка в своих постановках.)
Аттракцион в формальном плане я устанавливаю как самостоятельный и первичный элемент конструкции спектакля --молекулярную (то есть составную) единицу действенности театра и театра вообще. В полной аналогии -"изобразительная заготовка" Гросса или элементы фотоиллюстраций Родченко.
"Составную" -- поскольку трудно разграничить, где кончается пленительность благородства героя (момент психологический) и вступает момент его личного обаяния (то есть эротическое воздействие его); лирический эффект ряда сцен Чаплина неотделим от аттракционности специфической механики его движении;
так же трудно разграничить, где религиозная патетика уступает место садическому удовлетворению в сценах мученичества мистериального театра, и т.д.
Похожие книги

Третий звонок
Михаил Козаков, в своей автобиографической книге "Третий звонок", делится увлекательными воспоминаниями о крутом повороте судьбы – переезде в Тель-Авив. Он рассказывает о работе, жизни в Израиле, и о возвращении в Россию. Козаков подробно описывает свой творческий опыт, преподавание в театральной студии, создание "Русской антрепризы Михаила Козакова". Книга не просто подведение итогов, но и глубокие размышления о жизни и искусстве. Воспоминания актера о его творческом пути, о постановках спектаклей, о съемках телефильмов, и о его мечтах. Книга пронизана личными переживаниями и размышлениями, раскрывая сложную и интересную жизнь Козакова. Эта книга – уникальный взгляд на жизнь и творчество выдающегося актера Михаила Козакова.

Станиславский
Эта книга посвящена жизни и творчеству великого русского режиссера и актера Константина Станиславского. Автор подробно исследует его путь от начинающего актера до новатора, чьи идеи и методы оказали огромное влияние на мировой театр. Книга основана на архивных материалах, переписке, дневниках и воспоминаниях самого Станиславского и его современников. Она прослеживает не только творческий, но и общественный контекст его жизни, показывая, как его работы отражали и формировали художественные поиски России в послеоктябрьские годы. Книга раскрывает Станиславского как продолжателя традиций реалистического театра и новатора, чья жизнь в искусстве во многом определила художественные свершения XX века. Подробно рассматриваются его спектакли, сценические образы и творческие открытия в тесной связи с общественной и художественной жизнью России.

100 великих мастеров балета
Балет, зародившись в Италии в XVI веке как танцевальные сценки в музыкальных и оперных представлениях, быстро завоевал популярность и стал частью придворной культуры Франции. Реформа Жана Новера во второй половине XVIII века ознаменовала новый этап в развитии этого искусства. В этой книге представлен обзор жизни и творчества 100 наиболее известных мастеров мирового балета. Книга подробно рассказывает о становлении балета как искусства, от его истоков в Италии до его расцвета во Франции и по всему миру. Она охватывает различные периоды и стили балетного искусства, от классического до современных направлений. Книга раскрывает историю балета через биографии его выдающихся представителей.

Зиновий Гердт
Зиновий Гердт, «гений эпизода», запомнился зрителям не только своими яркими ролями в театре и кино, но и незаурядной личностью. В книге Матвея Гейзера, первой биографии Гердта в серии «Жизнь замечательных людей», собраны воспоминания его друзей – известных деятелей культуры. Книга раскрывает не только творческий путь актера, но и его взгляды на жизнь, искусство и человеческие ценности. Гердт, чья мудрость, жизнелюбие и искрометный юмор ценились многими, оставил глубокий след в сердцах зрителей. Его уникальная манера игры и жизненная позиция вдохновляют и по сей день.
