Монохромный человек (СИ)

ДОМРАБОТНИЦА

Четверг, шестое августа.

Предрассветные сумерки медленно бледнели над городом.

Серовато-синие оттенки ночи слабели, и словно не торопливо выцветали на предрассветном небосводе.

Блекло-серый рассвет неспешно, грузно и вяло надвигался с востока, и вынимал из полумрака утра очертания домов, дворов и улиц.

Утро настало с мелким, монотонным дождём.

Его торопливые мелкие капли шлепали по листьям деревьев и цокали по асфальту.

Капли дождя висли на окнах тихих домов, и лениво сползали по стеклам окон.

Улицы ещё спали. И утренняя, унылая хмарь с моросящим дождём как нельзя лучше способствовала этому.

Уличные дороги, тянувшиеся вдоль зеленых лужаек и заборов, оставались тихими и пустыми, до тех пор, пока вдали не появился свет автомобильных фар.

Машина с нарастающим шумом приближалась. С шумным шелестом она разбрызгивала мелкие лужи на мокром асфальте.

Желтый автомобиль с черными квадратиками и колпаком такси, остановился перед одним из домов.

Из автомобиля, раскрыв зонтик вышла женщина в желтой рубашке, узких джинсах и в темных оксфордах.

— Я не знаю, как ты собираешься одновременно работать в двух кафе и ещё при этом успевать учиться, Клара! — раздраженно проговорила женщина, прижимая смартфон плечом.

Она захлопнула дверцу такси и взяла телефон в руку.

— Что значит, «может ты мне скинешь не много»?! — сердито ответила женщина, шагая по направлению к дому темным, деревянным сайдингом. — Я тебе в прошлом месяцев пятнадцать тысяч положила на карту! Куда ты всё подевала?! А-а… А вот знаешь, что милая моя, я тебе не банкомат на ножках! Привыкла она! Ничего себе! Там потратила на гулянки с подружками, тут она себе кофточку прикупила, а потом «Роза, одолжи мне не много денег!»! Фигу тебе с маслом растительным и вчерашним майонезом! Всё, Клара! Хватит плакаться мне на душу, больше я тебе ничего высылать не буду!

Женщина, раздражаясь всё больше, открыла дверцу забора и поднялась по узким, широким ступенькам пологой цементной лесенки.

— Клара если хочешь получать больше, подумай о другой работе! Почему я должна решать твои проблемы?! — женщина встала под крыльцо входной двери и сложила зонтик.

Она отряхнула его и вздохнула, слушая свою собеседницу в телефоне.

— И что, что тебе не хватает на телефон? Походи пока со старым… Ну не доставай при однокурсниках, если тебе стыдно. — женщина достала позвякивающие ключи. — Всё мне надо работать. В отличии от тебя у меня нет старшей сестры, которую можно доить, как молочную корову и радоваться жизни! Все, мне надо работать! Пока, Клара!

Женщина убрала телефон от лица, дала отбой и спрятала телефон в сумку.

Она открыла дверь, тихо вошла в дом. Так же тихо разулась. Обвела взглядом просторную прихожую и гостиную.

Помещение дома утопало в расплывающемся полумраке. Через закрытые жалюзи окнами, слабо сочился мерклый свет пасмурного утра.

Женщина вдела ноги в домашние тапки, поставила влажный зонт в металлическую зонтницу и прошла внутрь.

Она остановилась, посмотрела в обе стороны.

— Эй, Ларри! — не громко позвала она в полумрак гостиной. — Ты где там?

Обычно, когда она приходила её встречал только один член семьи.

Белоснежный, и дружелюбный самоед Ларри. Но сейчас пса нигде не было видно. Роза решила, что, наверное, он спит с Полиной, старшей дочерью её нанимателей. Ларри любил её больше всех, и частенько спал в её постели.

Роза направилась на кухню. Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить явно спящих ещё хозяев, женщина вымыла руки, включила свет, и приступила к готовке завтрака.

На часах было почти пять утра.

Роза перемыла оставшуюся с вечера посуду. Вздохнула, взяв в руки глубокую тарелку с размазанными по стенкам хлопьям.

— Игорь. — вздохнула она и устало улыбнулась.

Только маленький, шестилетний сын её нанимателей оставлял после себя такую грязную посуду.

Она взялась отмывать кофейник, когда услышала приглушенный собачий скулеж.

Роза быстро выключила воду и тут же прислушалась.

Снимая перчатки, она вышла из кухни. Снова прислушалась.

Тишину в доме нарушал только непрерывный стук дождевых капель на окнах.

Но вдруг опять жалобно и тихо заскулила собака.

Она была где-то в доме, здесь на первом этаже. Звук доносился со стороны ванной и туалета.

Роза осторожно прошла туда. Только сейчас, когда она не торопливо, почти крадучись, шла на звук собачьего голоса, она почувствовала странную, нервную зябкость.

Казалось откуда-то в дом проникает промозглый, влажный воздух и касается её кожи.

Роза почувствовала, как её захлёстывает необъяснимое волнение и тревога.

Постепенно учащалось сердцебиение, мышцы живота наливались тяжелым напряжением.

Что-то было не так. Роза не знала, что именно и убеждала себя, что всё нормально.

Но как ни старалась, не могла избавиться от навязчивого чувства подступающей гнетущей тревоги.

— Ларри! — позвала она.

Тишина. Только дождь всё такими же монотонными перестуками капель осыпает окна дома.