Мои Питерские Рассказы

Коммунальная квартира

Коммунальные квартиры и сейчас ещё не редкость. Живут в них, как правило, коренные Ленинградцы (петербуржцы) не заработавшие или не наворовавшие денег для более комфортного жилья.

Мой прадед жил в коммуналке, мой дед жил в тоже в той же коммуналке, моя мама  родилась и выросла в той же коммуналке и я тоже родился и рос до 12 лет всё в той же коммуналке.

У нас была совершенно замечательная коммунальная квартира. Если бы у меня была склонность к воровству, то преуспел бы я на том поприще.

Почему-то запомнилась она мне сходящимися у горизонта стенами. Легко можно было в одном конце нашей коммуналки украсть, а в другом продать и никто бы об этом мог не узнать.

А вообще, в нашей коммунальной квартире, постоянно борющейся за  право называться образцовым коммунистическим жильём, жило  около 20 душ, постоянно борющихся  за право быть истинными обитателями коммунальной квартиры.

В нашей квартире был установлен телефон для большего комфорта нашей коммунальной квартиры. Когда телефон был свободен, а свободен он был не часто, всякий желающий мог кратко его использовать по назначению.

Только одна особа, нашей коммунальной квартиры, могла использовать его дольше, чем другие обитатели нашей коммунальной квартиры. Эта особа была молода и возможно  даже хороша собой, если делала причёску. Изготовление причёски был достаточно сложным технологическим процессом.

Причёску она делала на нашей кухне, выдвинув свой зад почти на половину кухни, а голову в бигудях, засунув поглубже в духовку., разожженную и приготовленную ею заранее. В такой позе, резко отличавшейся от девушки с веслом, она и сидела.

Один раз, будучи пионером, я заподозрил неладное и тут же готов был ей  бросится на помощь, но был осаждён ею, так как оказалось, что это сложный технологический процесс. Причём, этот технологический процесс  не мог быть даже приостановлен. Именно в этот момент, обитатели нашей коммуналки бросались к телефону и вдосталь могли говорить. Продолжалось это, до окончания технологического процесса, который мог длиться около часа.

Разговоры после выполнения технологичесого процесса были немногословными, но безусловно важными, сводились они к ряду простых предложений, да и какими они могли быть, если засунуть верхнюю часть туловища в духовку!

-Это кто?

-Вася,? Коля? Петя? Костя? Паша? Боря?

-Кто?

-Кто?

-ааааааааа!

-Так и знала. О тебе только думала.

-уууууууууууу

-чёрненькие

-коричневые

-красненькие

-а какие?

 -ааааа

-ууууу

Ещё одна пожилая обитательница нашей кооммунальной квартиры имела привычку ходить по огромному коридору, между своей комнатой и туалетом. Туалет располагался в конце коридора и не давал сойтись стенам к горизонту. Так вот, ходя по этому коридору, эта обитательница нашей коммунальной квартиры, ходила и удивлённо приговаривала:

– Хм, то хочу, то не хочу.

Вообще, кухня была очень интересным местом нашей коммунальной квартиры. Несмотря на то, что война отгремела уже более двадцати лет назад, как-то я смог найти и даже обезвредить патрон, кем-то оставленным в нашей плите.

Что могло быть, если бы не моя бдительность? А могли произойти вещи, совершенно не подходящие для коммунальной квартиры, упорно борющейся за звание образцового коммунистического жилья.

Вы только представьте, что могло бы произойти, если кому-то вдруг потребовалось варить кашу? Патрон, набитый порохом нагрелся бы, рванул и кастрюля с кашей, взлетела бы к потолку, обляпав его. После этого каша, наверняка стала бы стекать с потолка на пол, обгадив его, и  запах, ужасный запах, от которого обитателям близлежащих комнат могли бы задохнуться. В близьнаходящихся комнатах жили пожилые люди, у которых здоровье было и так ни чёрту.

А если бы в ту газовую плиту наша соседка засунула голову?

Не буду вас пугать- могла бы произойти трагедия- уже некому было проводить технологический процесс.

В общем, тот патрон я из плиты вытащил и использовал его более чем полезно.

 Наш двор

Наш двор был через дорогу 3 и 2 линии Васильевского острова.

В том дворе была школа, в которой училась моя мама и играла в догонялки с будущим космонавтом Шаталовым.

 В ту школу я не ходил, потому что там учили немецкий, а моя мама хотела чтобы я учил английский.В то время я ничего не хотел учить вообще, потому что был нормальным ребёнком.

В том дворе были гаражи. Всего их было два. Один был светло-зелёным, а другой тёмно-зелёным. Светло-зелёный был по- больше, и на него было удобно забираться с тёмно-зелёного, который был по- меньше.

Находясь на большом гараже открывались неплохие две перспективы. Первая замечательная перспектива состояла в том. чтобы залезть на крышу того дома, у которого стояли гаражи. Там раньше, изготавлялась всякая бижутерия и разноцветные гранёные стёклышки очень сильно будоражили моё детское воображение. На него надо было лезть. А у меня это не очень хорошо получалось.

Мои друзья, особенно Андрюшка, по прозвищу Малёк(за малый рост)и Дима. С Димой мы были вместе почти всю Димину жизнь.