Мой снежный лорд

Вдохнув чистый, морозный воздух, я чуть прищурила глаза, всматриваясь в сверкающую на солнце снежную равнину. Как-то даже сложно поверить, что обычный снег может быть настолько прекрасен. Что странно, я выросла в окружении этого ледяного полотна, но не устаю каждый раз восхищаться снежными красотами. А ещё мне нравится, что на этой равнине нет ни одного дерева и куста, зато полно пушистых сугробов, и лишь на горизонте виднелась горная гряда, на вершине которой блистал белоснежный замок.

И в этот момент мне больше всего на свете захотелось упасть на спину, прямо в сугроб, или поноситься по снежному простору, внося свою крупицу хаоса, вот только со связанными руками и закованными в кандалы ногами это было, мягко говоря, неосуществимо. Да и вряд ли бы окружавшие меня стражники пришли бы в восторг от подобной идеи.

Всё, что я могу сказать обо всём происходящем, так это то, что я вляпалась в неприятности по самые уши. Это же надо было попасться в руки снежной страже! Хуже ситуации и представить нельзя. Так что теперь я вместе со своей новой компанией, состоящей где-то из тридцати таких же везунчиков, как и я, дружно шагаем в имение снежного лорда Сарг-ман-Сергсу.

Что произошло? Да ничего такого, если не считать, что нашим деревенским мужикам взбрело в голову, что они притеснены снежными. Поддавшись злости, они в отместку стали крушить собственность нашего лорда, устроив самый настоящий бунт в защиту своих прав. Самое смешное, что все дружно молчали пятнадцать лет, с момента прихода к власти снежных, и никого особо не беспокоило, что наше королевство находится под правлением пришедших с севера сосулек, и максимум, что делали деревенские, так это крутили в спину снежным дули и шептались за их спинами. Зато сегодня они чуть ли не развернули полноценные военные действия.

Конечно же, я не имела никакого отношения к этому безумию, но я признаю, что схватили меня не за просто так, а за моё желание воспользоваться ситуацией. Просто когда мужчины начали крушить ферму лорда, на которой находились невероятно красивые и ценные серебряношёрстные овечки, животные повыбегали из своих загонов и бросились в лес. Ну а я, поддавшись неожиданному порыву, побежала за ними, поначалу искренне собираясь не дать овечкам погибнуть в лесу, с благой целью вернуть их снежным воинам за вознаграждение. Правда потом моя цель немного изменилась, и я по глупости повела пойманных животных к себе домой. Вот только, к моему несчастью, на моём пути появились воины лорда Сарг-ман-Сергсу, и что-то им не пришлось по вкусу, что я увожу добро их хозяина в противоположную, от его фермы, сторону. Я пыталась скрасить ситуацию, рассказав о своих благородных целях вернуть позднее овечек многоуважаемому лорду, но никто не стал меня слушать. Вместо этого снежные стражи решили доставить меня вместе со всеми бунтовщиками на суд к лорду.

И вот теперь я вынуждена топать ещё километров пять до замка снежного лорда, в компании сильно загрустивших мужчин. Их боевой дух, кстати, выветрился сразу же после появления снежных. Они и извиняться начали, и даже тут же приступили к ремонту всего собственноручно сломанного, но «храбрецам» это уже не помогло.

Что-то мне подсказывает, что наказания мне не избежать, хотя тут не стоит быть особо умным, чтобы прийти к такому выводу. Но я надеюсь, что мне удастся отделаться трудовой повинностью. Как по мне, лучше красить заборы и чистить свинарники, чем сидеть невесть сколько месяцев в Ледяной Башне. А ведь я могу подсчитать, насколько крупно я вляпалась в неприятности. И так, я чуть не украла семь серебряношёрстных овечек, стоимость которых… По-моему, одна такая прелесть стоит около пятидесяти золотых. Я украла… семь… Ого! Да ну! За семь жалких овец выходит триста пятьдесят золотых! И не такая уж у них и ценная шерсть! Подумаешь серебряная! Фу! Гадость какая! Хотя для любителей всех оттенков белого и серебряного, эти животные, из шерсти которых получается тонкая, сверкающая, как снег, ткань, очень ценны. Но триста пятьдесят золотых! Да меня как минимум на три года закроют в темнице, с конфискацией всего моего скромного имущества. И почему я только сразу не задумалась о возможных последствиях? Это же надо было так глупо попасть под влияние взбунтовавшейся толпы. Все пошли и я пошла. И вот чем я теперь отличаюсь от той же овцы?

Остаток пути я прошла в мрачном унынии, раздражаясь абсолютно от всего. Меня бесили хныкающие мужчины, весёлый смех потешавшихся над нами стражей, ржание их белоснежных лошадей и хруст снега под ногами. И, если кратко, не было ничего, что сейчас не пробуждало бы во мне злости.

И вот впереди наконец-то показался величественный замок, сделанный словно из нежно-голубого льда. Вот только эта пакость находилась на самой вершине горы, и топать туда предстояло ещё долго. А может быть, опять попытаться договориться со снежной стражей? Вдруг мне на этот раз повезёт?