Мой любимый отшельник

Бетти Аботт вытирала стойку бара в кафе «Глубокое ущелье», когда вдруг заметила за окном движущийся предмет. Прищурившись, она всматривалась в даль в течение нескольких секунд, но сумела разглядеть лишь крошечное облако пыли у самого подножия Гваделупской гряды. Отложив тряпку, она вышла из-за стойки, чтобы лучше видеть происходящее.

– На что ты там уставилась?

Бетти бросила быстрый взгляд на Мела – мужчину, за которого вышла замуж сорок два года тому назад, – и снова повернулась к окну.

– Не знаю. – Она помедлила, приподняв занавеску. – По-моему, там что-то движется.

– Тебе померещилось, лапочка. Ну что там может двигаться, кроме разве что гремучих змей и кроликов?!

Ей нечего было возразить. Зимой в самые удачные дни к ним заглядывало не более полудюжины посетителей, в основном дальнобойщиков. Иногда останавливались случайные водители, чтобы заправиться и перекусить.

Уединение никогда не тяготило Бетти, она давно привыкла к нему. И она, и ее муж Мел родились у склонов этих гор, и, скорее всего, именно здесь им и суждено было умереть.

Приближающийся объект тем временем все увеличивался в размерах, и вскоре Бетти смогла распознать в облаке пыли автомобиль, мчащийся на огромной скорости по грунтовой дороге.

Такое открытие еще больше ее заинтриговало. В обратном направлении дорога вела прямо в горы. Туристский сезон еще не начался. Больше никто не мог ехать сюда из тех мест, кроме…

Она усмехнулась.

– Ну и что там?

Бетти отвернулась от окна и проворной походкой, не соответствовавшей ее весу и возрасту, еще раз прошлась вдоль стойки.

– Похоже, Джейк решил нанести нам визит, – сказала она, выплеснув в раковину содержимое кофейника, несколько часов простоявшего на плите, и начала готовить свежий кофе.

– Это не Джейк, лапочка. Он приезжал сюда пару недель назад.

– Да хоть бы и вчера! Кто еще, кроме Джейка, водит машину так, словно за ним черти гонятся?! Подожди немного – и ты сам убедишься, что это он.

Мел распахнул дверь, ведущую в кухню, и прошел через зал для посетителей.

– Ты взаправду думаешь, что это Джейк? – Он украдкой посмотрел в окно, ставшее почти непрозрачным из-за нескончаемых пыльных бурь.

Бетти, казалось, полностью сосредоточилась на своем занятии и, не оборачиваясь, спросила мужа:

– Хочешь пари? Мел покачал головой.

– Черт, конечно, нет! Если б я отдал тебе все деньги, что проспорил за эти годы, ты бы стала миллионершей.

Она прервалась на мгновенье, чтобы подарить ему нежную улыбку. В одной руке она держала уже отмеренную порцию кофе, в другой – тонкий белый фильтр для кофеварки.

– Лучше побереги денежки, милый. Я и так богата – у меня есть все, что действительно чего-то стоит в жизни.

Мел обхватил руками ее обширную талию и крепко обнял.

– Тогда мы оба с тобой богачи. Она закончила готовить кофе, а потом повернулась к нему с ответным объятием.

– У нас остались булочки с корицей? Знаешь ведь, как Джейк их любит.

– Так он небось на запах едет. Как раз сейчас свеженькие поспевают, ждут не дождутся, когда я выну их из духовки.

Мел направился в кухню, а Бетти возобновила свое дежурство у дверей кафе.

Облако пыли значительно увеличилось в размерах с тех пор, как она узнала в нем движущийся автомобиль. Помятый пикап неопределенного цвета мчался откуда-то из-за горизонта.

Ага, это точно Джейк, подумала женщина, рассеянно кивнув. Странно, чего это он вернулся так быстро? Но кто поймет Джейка Тагтарта? Ему ведь закон не писан.

Бетти помнила день, когда он появился на свет. Мать Джейка, Мэри Таггарт «Белая Пушинка», навсегда останется в памяти Бетти ласковой, доброй женщиной, не заслуживающей столь жестоких ударов судьбы. Ее бросил этот никчемный Джонни Таггарт всего через полгода после женитьбы. А ведь Мэри согласилась выйти за него, поддавшись его уговорам, в надежде, что он остепенится.

Мэри, глупышка, ему поверила. Он бросил ее в Западном Техасе беременную, без гроша в кармане.

Бетти и Мел уговорили ее пожить у них, а Мэри в свою очередь настояла на том, что будет помогать им, чтобы хоть как-то оплатить комнату и еду. Ее нельзя было не полюбить – такую скромную, тихую женщину с грустными карими глазами, которая больше всего на свете боялась оказаться для кого-то обузой.

Когда Мэри сказала, что у нее начались схватки, было слишком поздно звать врача. Бетти пришлось на время стать акушеркой. За два года до этого она потеряла своего единственного ребенка, хоть Мел и возил ее тогда в больницу в Эль-Пасо. На этот раз Бетти поклялась сделать все возможное, чтобы помочь маленькому человечку прийти в мир целым и невредимым – конечно, если Бог подскажет ей, что делать.

Ей никогда не забыть те нескончаемые часы и безмолвную поддержку Мела, уверенного в том, что жена сумеет сделать все необходимое, в том числе и принять роды.