Мой капитан

Работающие под потолком ночного клуба вентиляторы не могли даже слегка остудить задыхавшийся в сорокаградусной жаре зал. Они лишь размешивали воздух, загустевший от табачного дыма и запахов специй. Девушки танцевали и чувствовали, как пот пропитывал их костюмы.

Танец закончился, и пятеро девушек бросились переодеваться. Их место на сцене занял певец, пока девушки готовились к следующему номеру. «Карнавал» завершал представление, и уставшие участники шоу ждали его с нетерпением. Он задумывался как большой финал и исполнялся в специальных костюмах со шлейфами из ярких разноцветных перьев и с высокими шляпками. Когда-то эти наряды шились для фешенебельного парижского «Фолли». Два года назад прима заведения Максайн сумела перекупить их через свою подругу. С тех пор они ежедневно служили для местного клубного шоу. Сейчас это уже были обтрепанные лохмотья, похожие на оперение постаревших и облысевших райских птиц.

Когда девушки вновь выбежали на сцену, раздались жидкие аплодисменты. Более теплого приема от этой уже достаточно пьяной аудитории ожидать было трудно. Да и вообще сидевшие за столиком пришли сюда скорее из похоти, нежели ради представления.

Дальше все шло по заведенному порядку. Девушки танцевали. Джулия при этом старалась не думать об устремленных на нее взглядах и о том, что за ними скрывалось. Записанная на пленку музыка грохотала на весь зал. Максайн и ее друг Марсель пели, и их голоса звучали глуше, чем того требовала песня, — зачем стараться для такой публики?.. Потом оба убежали за кулисы, чтобы вновь вернуться на сцену для никому не нужного поклона. Этим и завершилось ночное представление, а вернее — утреннее, ибо ни одно подобное шоу никогда не кончалось раньше половины четвертого.

Джулия и Даниэль, молодая француженка, жившая с ней в одном номере гостиницы, как обычно, спешно переодевались. Две другие девушки облачались в вечерние платья, чтобы спуститься в зал, где они заводили знакомства. Насколько далеко заходили эти знакомства, Джулия не спрашивала. Хотя знала, что у той и другой денег всегда бывало куда больше, чем можно было заработать на сцене.

В дверь постучали, послышался нетерпеливый голос Марселя:

— Вы готовы?

В обязанности Марселя входило провожать Джулию и Даниэль после каждого ночного представления до гостиницы. Делал он это с большой неохотой, стремясь поскорее вернуться обратно в клуб, где можно всегда выпить за чужой счет. Но оставлять двух девушек одних на улицах Орана было опасно. Поэтому Марсель так торопил их, что даже не дал снять грим, уже не говоря о возможности принять душ.

Свежий воздух опьянил ее, и она с наслаждением глубоко вздохнула. Острый и волнующий запах моря наполнил ее сердце странной тоской, причины которой она не могла понять. Может быть, сказалась всегда дремавшая в душе тяга к дальним странствиям? Или же ей просто не хватало чистого воздуха и таких же чистых чувств? Джулия невольно усмехнулась своим романтичным мыслям.

Гостиница, где жили девушки, располагалась на улице, застроенной высокими старыми домами. Несмотря на ветхость, шум и дурной запах в номерах, она имела одно бесценное для Джулии преимущество: вид на морской порт. Из окна их комнаты прекрасно просматривалась вся гавань.

Каждое утро, соскочив с постели, Джулия придвигала стул к подоконнику и, опершись на него локтями, подолгу сидела, наблюдая за разгрузкой и погрузкой кораблей, отправлявшихся в Грецию, Турцию или через Суэцкий канал в Красное море. Почти все они были грузовыми. Оран ничем не мог привлечь к себе роскошные пассажирские лайнеры, совершавшие круизы по Средиземноморью. А хорошо было бы устроиться работать на такой лайнер! Тогда бы она тут же уехала отсюда!

Когда на следующее утро Джулия проснулась, Даниэль, как и всегда, еще спала. В первое время Джулия, боясь потревожить соседку, ходила на цыпочках. Но прошло два месяца, и она поняла, что ничто не в состоянии разбудить Даниэль. Как-то раз она проспала даже чудовищной силы шторм, налетевший ночью на город и принесший большие разрушения. Джулия же, проснувшись тогда от грома, сверкания молний и страшного воя ветра, долго не могла понять, что происходит, ибо никогда в своей жизни ничего подобного не слышала.

Джулия подошла к окну и распахнула ставни. Комната тут же наполнилась лучами солнца, шумом улицы и грохотом порта. Несколько кораблей стояло на рейде. Черные столбы дыма поднимались из их труб и медленно уплывали вдаль.

Слева, почти у самого горизонта, Джулия заметила силуэт старомодного судна, плавно приближавшегося к гавани. Оно шло под облаком белых парусов, колыхавшихся от легкого бриза. Перед входом в порт они упали на реи, обнажив три длинные мачты, и корабль проделал оставшийся путь под парами.

Вновь почувствовав приступ тоски, Джулия вздохнула, продолжая следить за тем, как корабль пересек порт и бросил якорь недалеко от главных грузовых причалов.