Мне нельзя тебя хотеть

— Не говори им… — выдыхает ровно, и я разжимаю руки и отшатываюсь от Дашки как от прокаженной, а она упирается спиной в стену и съезжает по ней на пол. — Не говори, нельзя им знать.

В ее словах есть доля истины, но в голове не укладывается, зачем она соврала мне? Не назвала свое имя, понимала, что пальцем не трону в таком случае. Почему не остановила?

— Через две недели сделаешь тест. Молись, чтобы не залетела, иначе… — голос срывается, не хочу пока об этом думать. — На глаза мне не попадайся, поняла?

Кивнула, а я поднял упавший телефон и заметил что экран пошел трещинами.

— И со своим этим хахалем чтобы рассталась, — бросаю уже не глядя на собеседницу.

Она всхлипывает, а я толкаю дверь и выхожу из чулана, оставляя Дашку там одну. Ярость душит, дышать не могу. В голове ее голос ласковый когда она подо мной была и руками цеплялась за плечи. И тошнота в горле от осознания какого хрена мы натворили…

— Че у тебя там с Иркой, расстались? — Пашка повернулся ко мне и повысил голос, чтобы я мог расслышать его сквозь басы. Музыка долбила так сильно, что разговор не клеился, а может все дело в том, что мне не хотелось разговаривать. Хотелось нажраться и нахер все. — Ты сегодня груженый какой-то, не рад меня видеть?

Лучший друг сверкнул взглядом, рассчитывая вызвать улыбку, но я лишь вздохнул и отпил из стекляшки ледяного пива, радуясь возможности помолчать еще немного.

Хотя куда оттягивать?

— Ей замуж надо, — нехотя ответил и стал дожидаться реакции друга, но тот лишь нахмурился и промолчал. Пришлось продолжить. — Дети свадьба там все такое. Не мое это, знаешь.

— Не твое? Ирка же вроде нормальная…?

А вот последняя фраза порядком удивила, и я повернулся к Пашке, не успев поднести ко рту горлышко нефильтрованного. В смысле нормальная? Они же как собаки цапаются каждый раз при встрече.

— Нет, стерва, конечно, — начал оправдываться. — Но в целом нормальная, с тобой одним спит, ни на кого не смотрит… Ну не смотрела… А я эти вещи чую издалека.

Брат сам не заметил, как резанул по живому, и внутренности снова полоснуло кислотой. Да, Ирка нормальная. Да она трахалась только со мной, хотя я сразу раскидал ей расклад: никакой любви и детей, тупо секс по дружбе можно сказать, но кто ж ей виноват, что она не стала придерживаться правил.

— Давай тему сменим, а еще лучше покажи, кто тут у тебя есть чтобы прямо сейчас без разговоров наверх со мной поднялись, — клин клином вышибают, я знал, поэтому решил что лучший способ развеяться — переспать с другой. Тогда сразу отпустит и мысли о брошенной Ирке так грузить не будут. Все-таки где-то в глубине души я ощущал себя виноватым за этот разрыв, хотя реально не давал повода влюбиться. Приезжал, трахал, уезжал. Даже на ночь не оставался, чтобы не привыкала. Но у баб все сложнее, ей видимо хватило тех пары часов по вечерам чтобы решить, что я гребаный принц. Сначала начались ее задумчивые взгляды, потом предложения задержаться, а потом она просто сказала, что хочет зайти дальше. И меня коротнуло.

В смысле зайти дальше?

— Может быть ты останешься сегодня до утра… Позавтракаем вместе? — сладко так на ухо шептала, пока я придумывал причину чтобы прямо сейчас свалить из ее дома.

— Мы же договаривались без этого… — ответил напряженно. Интересно, она уже ощутила что я на измене, или думает что все ок?

— Но мы уже давно вместе, я хочу тебя, ты хочешь меня, почему бы тебе не остаться? Тебе разве не хочется зайти дальше?

Хочется ли мне? Мне хочется чтобы ты вернула на место ту Ирку, которая без разговоров согласилась на тупо-секс-без-обязательств. А не вот эту вот, которая в глаза заглядывает выжидательно и цепляется со странными вопросами.

Телефон запиликал вовремя, я готов был расцеловать Пашку, который позвонил и сказал, что приехал и чтобы я все бросал и гнал к нему пить пиво. Про то что его дом превратился в ночной клуб на сегодняшнюю ночь он умолчал, я-то надеялся тихо и мирно посидеть и встретить лучшего друга, который вернулся из командировки, но тут все оказалось иначе.

— Ну то есть ты из одной койки хочешь в другую прыгнуть? — Пашка подколол, и я вернулся в реальность: в широкое кресло в гостиной Суворовского дома и в атмосферу пропитанную запахами алкоголя и разврата, и впервые за вечер ухмыльнулся.

— Ну знаешь, все эти намеки отрезвляют, так что первая койка не считается, я так и не закончил начатое.

— Ну конечно-конечно… — улыбается сучара, все понимает. За это я его и люблю. Брат всегда поймет и не станет осуждать. Поэтому я дорожу нашей дружбой с Пашкой Суворовым. Как только на абитуру вместе попали, сразу общий язык нашли, правда сначала разбили друг другу морды, но зато потом скорешились.

— Ну так, что? С которой из этих напрягаться не придется? — мотнул горлышком нольпяшки полукруг в сторону танцующих в центре гостиной Пашкиного дома баб, и повернулся к другу. — Нет настроения долгие прелюдии устраивать. Хватит, устал.