МЖ. Мужчины и женщины
Описание
Борис Парамонов, известный философ и публицист, в своей книге "МЖ. Мужчины и женщины" исследует гомосексуальные подтексты в произведениях русской литературы и искусства. Он рассматривает темы вдохновения, сублимации, морального и этического поиска, и творческого вдохновения, поднимаясь над узостью, ханжеством и догматизмом. Работая с произведениями классиков, такими как Достоевский, Парамонов предлагает глубокий и провокативный анализ, затрагивая такие аспекты, как психоанализ и символическое значение. Книга представляет собой ценный вклад в понимание сложных взаимоотношений между мужчинами и женщинами в контексте русской культуры и истории.
Книга Л. Сараскиной «Федор Достоевский. Одоление демонов» дает подходящий повод поговорить о Достоевском и его демонах. И. Волгин в полемической статье «Возлюбленные Достоевского» (Л.Г., февр. 1997) оспаривает, в некорректной форме, самую возможность такого подхода к писателю, который попробовала осуществить Л. Сараскина. Мне не понравилась ее книга, считаю, что тема, в ней взятая, не разрешена, а затемнена и запутана, но не могу согласиться с негативным подходом И. Волгина к поискам и попыткам других исследователей. А тема, только робко затронутая Л. Сараскиной, крайне интересна: она старается известные сюжеты из Достоевского – как творческие, так и биографические – взять в плане едва ли не психоаналитическом. Речь конкретно идет о Ставрогине и его прототипе петрашевце Спешневе, отношение к которому у Достоевского было достаточно странным. И вот как реагирует на это И. Волгин:
Догадывается ли читатель, для чего автор «Бесов» создавал своего «экзистенциального антипода»? Проще простого: антипод вызывал у Достоевского «любовный восторг» именно потому, что он «воплощал собой мечту о богатом, полноценном существовании».
Следовало бы поблагодарить Сараскину за ее составительские усилия. Исчезающе малый объем авторского текста относится скорее к достоинствам этой полезной работы. Но и новое, оригинальное сочинение можно было бы назвать точно так же, как неоригинальное предыдущее «Возлюбленная Достоевского»: единство предмета налицо. В этой повторяемости обнаруживается своя система.
Сараскина чутко уловила сейсмические волны, исходящие от нашего жаждущего «культурной попсы» книжного рынка. Сюжет о классиках, дабы он пользовался спросом, должен быть подвусмысленнее, «поклубничнее», покруче. <...> Так история «страсти к сочинительству» оборачивается игривым повествованием о совсем иного рода страсти. Это литературоведение с намеком, литературоведение с ужимкой, с томным заводом глаз, литературоведение с придыханием: оно, пожалуй, имеет богатую будущность.
То, что Ставрогин задумывался как экзистенциальный антипод автора, не должно удивлять или возмущать И. Волгина, и не это в действительности его возмущает, а намеки Л. Сараскиной на какие-то иного типа отношения, существовавшие или могущие существовать между писателем и ставрогинским прототипом. На мой взгляд, недостаток книги Л. Сараскиной как раз в том, что она ограничилась намеками, которые более или менее верно разгадал И. Волгин, сам при этом говорящий намеками. В сущности, никакой «клубнички» у Сараскиной нет, и в этом, если угодно, главный недостаток книги «Одоление демонов». А. Кашина-Евреинова, с ее простецким «Подпольем гения», была куда смелее. Адекватная экспликация темы будет содержать прямую постановку вопроса о тех аспектах отношения Достоевского к Спешневу, которые могут и должны быть подвергнуты психоаналитическому освещению. Что стоит за – несомненной – влюбленностью автора в его героя и в прототип такового?
Мой тезис: Ставрогин – это демонизированный образ мужчины в сознании (латентного) гомосексуалиста. И Достоевский был не единственным писателем, фантазировавшим на этот манер. Напомню сходный случай игры воображения: Стэнли Ковальский в пьесе Теннесси Уильямса «Трамвай “Желание”».
Еще одна, не столь прямая иллюстрация темы – нашумевшая в свое время статья Н. Бердяева «Ставрогин». Начинает Бердяев так:
Похожие книги
100 великих картин
Эта книга посвящена 100 великим картинам мировой живописи, от древности до современности. Она предлагает увлекательный обзор истории искусства, рассматривая ключевые произведения и их контекст. Авторы, Надежда Ионина и Надежда Алексеевна Ионина, стремятся познакомить читателей с шедеврами, раскрывая их художественную ценность и историческое значение. Книга подходит как для любителей искусства, так и для тех, кто хочет расширить свои знания в области культурологии и истории.
100 великих храмов
В книге "100 Великих Храмов" представлен обширный обзор архитектурных шедевров, связанных с основными мировыми религиями. От египетского храма Амона в Карнаке до Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге, читатель совершит увлекательное путешествие сквозь тысячелетия, познавая историю религии и духовных исканий человечества. Книга раскрывает детали строительства, архитектурные особенности и культурные контексты этих величественных памятников. Изучите историю религии и искусства через призму архитектуры великих храмов.
1712 год – новая столица России
В 1712 году, по указу Петра I, столица России была перенесена из Москвы в Санкт-Петербург. Это событие стало поворотным моментом в истории страны, ознаменовав стремление к европейскому развитию. Автор, Борис Антонов, известный историк Петербурга, в своей книге подробно рассматривает события, предшествовавшие и последовавшие за этим переездом. Исследование охватывает городские события и события за пределами Петербурга, предлагая новый взгляд на хорошо известные исторические моменты. Книга представляет собой подробный и увлекательный рассказ об истории Петербурга, его становлении и жизни выдающихся горожан. Она адресована всем, кто интересуется историей России и Петербурга.
Эра Меркурия
Эта книга Юрия Слёзкина исследует уникальное положение евреев в современном мире. Автор утверждает, что 20-й век – это еврейский век, и анализирует причины успеха и уязвимости евреев в эпоху модернизации. Книга рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения «еврейского вопроса», а также прослеживает историю еврейской революции в контексте русской революции. Слёзкин описывает три пути развития современного общества, связанные с еврейской миграцией: в США, Палестину и СССР. Работа содержит глубокий анализ советского выбора и его последствий. Книга полна поразительных фактов и интерпретаций, вызывающих восхищение и порой ярость, и является одной из самых оригинальных и интеллектуально провокационных книг о еврейской культуре за последние годы. Автор, известный историк и профессор Калифорнийского университета, предлагает новаторский взгляд на историю еврейства в 20-м веке.