Как Митя из живого уголка сбежал

Манную кашу Митя не любил с рождения. Вернее с того самого момента, как впервые ему подсунули её в садике, и мягкий комок тут же выскочил обратно, увлекая за собой аппетитный, но уже слегка переваренный бутерброд с маслом. Пользуясь тем, что мама, не проявив бдительности, ушла чистить зубы, шестилетний сорванец рванул из кухни. По лесенке и сразу в ёлки. Затеряться на участке было не трудно – заботливые белочки насажали целый лес ёлок, а у сентиментальных родителей рука не поднималась их убрать. Ёлки кололи лицо. Митя пригнулся и чуть не споткнулся об огромный бугор. «Муравейник!» – мелькнула счастливая догадка, и Митя уже занес ногу, чтобы наподдать его как следует.

***

Мелина просыпалась рано. С тех пор как была объявлена пандемия, своих родителей она почти не видела. Папа с самого утра запирался в лаборатории. Как учёный-антропологус он исследовал людей. Конечно, не он один. Вся система разумного взаимодействия боролась с этим вредителем, угрожавшим то взорвать планету, то утопить её в мусоре. Мелина краем уха слышала, что папа проводит какие-то секретные эксперименты. Накинувшись на него из-за угла, она как более сильная и уважаемая особь, уговорила его подарить ей собаку. Смешное четвероногое животное, уменьшенное минимизатором до размеров блохи, забавляло Мелину совсем недолго. Большую часть времени оно издавало неприятные звуки и запахи, так что чистоплотная принцесса попросила нянек убрать собаку в живой уголок.

В то утро она как раз должна была приступить к завтраку.

– Опять противная манная каша! – прошипела Мелина и вывалила тарелку прямо под ноги суетящейся няньке. Пока та отклеивала конечности от липкообразной массы, Мелина улизнула в туннель. Низкие лабиринты она знала как свои шесть лапок. На минус седьмом находилась секретная лаборатория папы. На минус десятом обитала мамочка. К ней лучше не соваться, она всегда занята. А когда не в духе, то может и съесть. Младшую, более активную сестрёнку Мелина уже почти не помнила. Хотя играть с ней было веселее, чем с этой глупой собакой.

Охрана лаборатории знала принцессу, и поэтому особенно не воспрепятствовала её бурному натиску. Сложив усики, все просто отскочили в сторону, и юная дочь ворвалась в открывшийся проем.