Мистер тот самый

Лейни О'Мэллори сидела, завернувшись в старый плед, на диване, стоявшем на веранде большого дома. С моря дул пронзительный ветер, из-за чего запах водорослей и привкус соли в воздухе чувствовались сильнее обычного. Для прогулки по берегу было слишком холодно, и она, зябко обняв себя за плечи и съежившись под пледом, задумчиво смотрела на свинцовые мутные волны. Полчаса назад шел дождь. Над морем клубились тяжелые серые тучи, на горизонте сливаясь с ним. На душе у девушки было также тоскливо и пасмурно, словно природа, угадав ее настроение, приняла его облик. На глаза Лейни снова навернулись слезы.

Отрешенно глядя на песчаный берег, она тщетно старалась избавиться от терзавших ее мыслей. Слова доктора снова и снова эхом звучали в голове. Он настоятельно рекомендовал ей пройти истеректомию. Лейни подавила слезы. Ну почему именно с ней все это должно было случиться?! Это несправедливо. Ей всего двадцать восемь лет, она еще слишком молода, чтобы судьба была к ней так жестока! До этого дня Лейни мечтала однажды встретить своего сказочного принца, который предложит ей руку и сердце и с которым они будут жить долго и счастливо. Но все радужные надежды пойдут прахом, если ей сделают эту операцию. Она-то думала, что у нее еще достаточно времени для того, чтобы задуматься о создании семьи. А вместо этого, выходит, в ее распоряжении всего несколько месяцев.

Если большинству женщин несколько «тех самых» дней каждый месяц приносят разве что некоторое неудобство, то для Лейни они были сущим мучением. От невыносимой боли она готова была скрежетать зубами. Теплая грелка и болеутоляющее помогали ненадолго. Впрочем, по прошествии злосчастных дней, поглощенная другими насущными заботами, она не вспоминала о неприятностях. Пока новые приступы боли в очередной раз не скручивали ее и не выбивали из колеи.

Не то чтобы Лейни боялась делать операцию, которую рекомендовал врач. Она верила доктору Райту и двум другим его коллегам, подтвердившим диагноз. Но почему именно сейчас? Лейни не желала смириться с мыслью, что все ее надежды на семейное счастье рухнули. Девушка не собиралась сдаваться и уже назначила еще одну встречу с врачом. Но в глубине души понимала, что лишь оттягивает время и долго это продолжаться не может. Райт не завел бы разговор об операции, если бы не был уверен в том, что это единственный выход.

А ведь еще вчера, собираясь на прием к врачу, Лейни предполагала, что он назначит очередное лекарство, которое наконец-то поможет. Каких только препаратов она не перепробовала за пять лет! И каждый раз не переставала надеяться, что коварный недуг отступит. Но чуда не произошло. С каждым месяцем боли только усиливались. В этот раз она, как обычно, пошла к врачу, который и порекомендовал операцию. Расстроенная, Лейни отправилась в дом на пляже, принадлежавший их семье. Это ее убежище, ее маленький уголок рая. В нем пять спален и огромная кухня на двадцать человек. Столько гостей здесь обычно и собиралось в летнюю пору. Однако в октябре дом пустел. Отличное место, чтобы спрятаться и обдумать, что дальше делать со своей жизнью.

Лейни еще ничего не сказала своей сестре-близняшке. Анна-Лиза тотчас приехала бы к ней, а девушка не желала никого видеть. Даже самого близкого ей человека. Никто не знал, где она. После приема у врача Лейни позвонила в офис и предупредила, что ее не будет пару дней. Ничего никому не сказав, она отправилась прямиком на пляж. Рано или поздно все-таки придется позвонить кому-нибудь, ведь наверняка все переживают. Но только не сейчас.

Словно в ответ на ее мысли, зазвонил мобильник. Он уже тысячу раз трезвонил сегодня. И каждый раз звонок ненадолго выводил Лейни из оцепенения. Трубка лежала на полке в кухне. Она слышала сигнал, но было лень выбираться из мягкого кокона и идти в дом.

Море успокаивало. Холодный ветер остужал разгоряченную кожу. Встать — значит потерять тепло, которое дарил уютный плед. Жаль, что нельзя сидеть здесь вот так всю жизнь...

Снова зазвонил мобильник. На мгновенье Лейни показалось, что трубка сердится на нее. Она грустно улыбнулась. Впервые после вчерашнего визита к врачу. Девушка вздохнула, поднялась на ноги и вошла в дом. Скорее всего, это Трейнор Эллиот. Ее босс никогда ничего не делал наполовину. Если он решил, что дозвонится до нее, то сделает это во что бы то ни стало.

Лейни взяла трубку:

— Алло, слушаю...

Сквозняком распахнуло дверь в кухню и с размаху ударило о стену. Девушка поежилась от холода, ворвавшегося в дом.

— Где ты, черт возьми? — раздалось в трубке. Так и есть, это он. — И почему папка Шрибнера не там, где она должна быть? — потребовал ответа Трей.

— Я отпросилась на пару дней, а папка у Дженни, так что спроси у нее, — в тон ему отрезала девушка. Она была не в настроении любезничать с боссом. У нее тоже были проблемы. И поважнее. — И раз я отпросилась, значит, не обязана работать. У тебя целое здание сотрудников, попроси кого-нибудь найти эту папку.