Мистер и мистер Смит (ЛП)

Переводчик: Лемниската

Вычитка: VikyLya

Русифицированная обложка: VikyLya

Уж если ты разлюбишь — так теперь,

Теперь, когда весь мир со мной в раздоре.

Будь самой горькой из моих потерь,

Но только не последней каплей горя!

И если скорбь дано мне превозмочь,

Не наноси удара из засады.

Пусть бурная не разрешится ночь

Дождливым утром — утром без отрады.

Оставь меня, но не в последний миг,

Когда от мелких бед я ослабею.

Оставь сейчас, чтоб сразу я постиг,

Что это горе всех невзгод больнее.

Что нет невзгод, а есть одна беда -

Твоей любви лишиться навсегда

Утром в апрельский вторник на часах Фишера Брауна внезапно тихо сработала сигнализация. Из-за транспортного коллапса, обусловленного проклятой забастовкой работников лондонского метро, до места происшествия он добирался непозволительно долго — тревожный сигнал уже заливался на полную громкость.

Драгоценные секунды утекали, пока Фишер мчался, сшибая урны, уклоняясь от автомобилей и игнорируя удивленные взгляды прохожих. В ушах адреналином стучала кровь.

Через пару кварталов он оказался в тихом жилом районе, в последний раз свернул за угол и побежал по узкой улочке вдоль центрального ряда величественных домов до небольшого тупика. Его цель — последнее здание.

Вытащив пистолет, он выбежал на подъездную дорожку и взлетел по ступенькам двухэтажного таунхауса. Дом, милый дом.

Не стоило беспокоиться о том, чтобы дезактивировать навороченную систему безопасности — кто-то потрудился до него, разнеся дверь в пух и прах. Из коридора через обгоревший проем все еще валил дым. К тому времени как он добрался, в доме уже во всю надрывалась пожарная сигнализация.

Соседи высунули головы, водитель машины в конце проулка притормозил, чтобы поглазеть. Фишер застучал пальцами по экрану смартфона, отключая сирену.

Внутри квартиры мелькнула тень, через секунду в дверях показался качающий головой Натан Марч. Фишер замер — душу окатила горячая паника.

— Что случилось?

Натан окинул его невозмутимым взглядом:

— Кто-то тут все разгромил. Особо потрудились над мебелью.

Фишера это не особо волновало. Почти всю жизнь с самой юности он вел кочевую жизнь и относился к вещам без всякого пиетета. Его больше задела чудовищность того, что это произошло на его территории.

— Дерьмо.

— Признаюсь, я несколько смущен и удивлен. Похоже, ты здесь живешь, хотя заверял, что только купил квартиру и не успел переехать. Не предоставил в офис техническую спецификацию, чтобы мы проверили и зачистили на предмет прослушки и слежения. — Натан откашлялся. — Тебе известны элементарные правила.

— Неужели действительно так важно, где я переодеваюсь и храню барахло?

— Мы оба знаем, что важно.

— Я не… — Слова застряли в горле. Каждый день он подвергался опасности, но это был его личный выбор. И сейчас, подумав о личном, он смог наконец задать единственный вопрос, который его по-настоящему волновал:

— Там кто-то есть?

— Все чисто.

— Окей, — кивнул Фишер.

— Окей?

— Да… хорошо, — только и смог он выдать — облегчение ударило камнем в грудь.

Фишер положил руки на бедра и согнулся пополам, стараясь выровнять дыхание. Не самая ожидаемая и разумная реакция, но потрясение и суматоха, царящая вокруг, заставили на мгновение забыть о защите.

— Неужели? — Натан присел, чтобы встретиться с ним взглядом. — Хорошо, если мы ловим негодяев на горячем.

Фишер поднял голову, выпрямился:

— Конечно.

— Конвоируем на конспиративную квартиру и допрашиваем. — Натан изогнул бровь. — Звучит знакомо?

— Я имел в виду соседей. Невинных свидетелей. — Фишер несколько раз моргнул, позволив мозгам перезагрузиться.

— Да ни черта.

Знакомый тон. Фишер и Натан служили вместе еще в зеленых беретах и теперь принимали совместное участие в секретных операциях специального отдела ЦРУ. Они провели бок о бок слишком много времени. Некоторые миссии пережили только чудом. Конечно, Натан знал о нем не все. Но лишь только потому, что всего о нем не знал никто.

Кое-кто из соседей выскочил на площадку; Натан спрятал пистолет, вышел на лестницу и поднял ладони:

— Все в порядке, ребята. Небольшое возгорание на кухне. Лучше вам дождаться внутри, пока не приедут пожарные и полиция.

И хотя люди что-то бормотали, качая головой, казалось, большинство решили последовать указаниям парня с явным американским акцентом и вернулись к себе. Несколько остановились в дверях. Никто больше не высовывался, и Фишер оценил, как профессионально Натан разрулил ситуацию. Тот отлично умел фальшиво улыбаться и успокаивать общественность. Фишер же предпочитал отдавать приказы, однако здесь и сейчас его методы наверняка не сработали бы.

Натан повернулся и уставился на него пристальным немигающим взглядом:

— Готов объяснить?

По шее пробежались мурашки. Инстинкт ли это или просто нервы, но тело всегда сигнализировало о предстоящем бое или необходимости скорее делать ноги. Явный признак того, что жизнь вот-вот развалится.