Миссия Хангат

Внештатный сотрудник военно-космического флота Алексей Горский сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить волнение, которое упорно не хотело отступать. В два часа ночи, подняв космонавта с постели, по засекреченной линии на борт лайнера «Джус» поступил сигнал, оповещавший о вызове космонавта к руководству. Такая срочность могла быть обусловлена лишь каким-либо произошедшим форс-мажором, о котором по видео связи говорить было не принято. Требовалось исключительно личное присутствие на совещании самого пилота, а сроки на сборы давались минимальные.

Облачившись в строгую форму и прикрепив к уху портативный передатчик, пилот отправился на встречу в Главный штаб военно-космических сил. Гарнитура нужна была для того, чтобы он имел возможность соединяться с кораблем и командой дистанционно, т.к. ментальная связь с искусственным интеллектом бортового компьютера работала только при приближении к космолету не менее чем на 100 метров.

Подойдя к зданию, в котором проводились заседания Советов Галактических Федераций, Алексей приложил свой электронный пропуск к сканирующему устройству на входе, мельком бросив взгляд на охранника. Суровые и неразговорчивые, они сменялись каждый день, и ни разу еще космонавт не встретил на вахте одного и того же человека. Вот и сегодня очередной незнакомый ему мужчина, обвешанный оружием с головы до ног, пропустив пилота через проходную и на всякий случай внимательно изучив его удостоверение, мрачно кивнул, и велел следовать за ним, проводив Горского по пустующим в ночи коридорам до самых дверей переговорного зала. Подождав, когда космонавт постучит и дождется приглашения войти, охранник, наконец, развернулся, и тяжелым шагом направился обратно к своему посту. Глядя вслед удающемуся конвоиру, Алексей со вздохом покачал головой, и зашел внутрь.

Как и впервые, открывшееся перед ним великолепие огромного помещения с исполинских размеров столом, расположенным по центру, заставило сердце пилота биться чаще. По четырем сторонам зала возвышались тяжелые мраморные колонны, которые, казалось, не имеют конца. Блестящее, чуть сияющее покрытие пола, давало ощущение того, что вся мебель, находящаяся в этой комнате, будто бы парит в воздухе. Но самое большое впечатление вызывал купол, заменяющий залу потолок. Вне заседаний он был абсолютно прозрачен, позволяя наблюдать за небом и звездами. Во время же проведения переговоров, купол трансформировался в экран, выдающий объемное голографическое изображение всевозможных объектов, вызывая ощущение присутствия.

Каждый раз, оказываясь здесь, у Алексея возникало желание просто побыть одному, в тишине, наслаждаясь завораживающим зрелищем. Но, помня про службу, и про то, зачем его вызвали, пилот подобрался, и, отдав честь, поздоровался с присутствующими в зале.

Кроме Зеда Террела, командира космодрома «Земля-1», продолжавшего являться непосредственным начальником Горского, несмотря на вступление того в ряды военно-космического флота, за столом находилось еще несколько человек. Двоих Алексей узнал сразу: майор Межпланетных войск Сергей Георгиевич Степанов, и посол «Миссии Объединения» Валерия Гаврилова. По правую сторону от майора сидел пожилой мужчина в очках с толстой оправой, по специальным нашивкам на форме которого Алексей понял, что тот является военным врачом.

Присмотревшись к четвертому из присутствующих, космонавт обомлел. Об этом человеке ходили легенды! Ветеран галактических сражений, герой Объединенных Федераций, он занимал одно из весомейших положений во власти, чей голос неоднократно считался главным в принятии самых непростых решений. Можно ли было сказать, что этот серьезный и статный мужчина вершит судьбы миллионов? Пожалуй, вряд ли кто-то смог бы этому возразить.

В нерешительности замерев на месте, Алексей перевел взгляд на своего командира, который, поднявшись, направился к нему, и пожал протянутую руку.

Поздоровавшись с пилотом, Террел представил его присутствующим:

– Прошу минуту внимания, господа! Это тот, о ком я только что говорил – Алексей Горский, новый пилот военно-воздушных сил, недавно награжденный орденом за «Заслуги перед Космической Федерацией». Выбран общим решением Руководства, – командир сделал важную паузу, подчеркивающую то, что «Руководство» было наивысшим, – для выполнения специальных заданий в качестве внештатного пилота.

Обернувшись к космонавту, он продолжил:

– Алексей, Сергей Георгиевич и госпожа Посол тебе уже знакомы. А вот наш почтенный доктор медицинских наук, Иван Михайлович Богословцев, приглашен на сегодняшнее совещание в качестве эксперта.

При этих словах, мужчина в очках поднял глаза, и чуть склонил голову на бок, что, очевидно, должно было означать кивок. Пилот слегка поклонился.