Мир госпожи Малиновской

Annotation

Нередко любовь и жалость ходят рядом. Вот так одна красивая, элегантная женщина пожалела простого клерка и сама не заметила, как влюбилась в него. Мужчина был беден, но женщина использовала все свои возможности и влияние, чтобы устроить возлюбленного на престижную работу, открыть для него новую жизнь. И вот он стал заместителем директора той фирмы, в которой когда-то был всего лишь клерком. Мужчина делает карьеру, уничтожая реальных и потенциальных конкурентов гнусными и жестокими способами. Его чувства к женщине начинают остывать… Неужели он забыл, что обязан ей всем? Забыл, как она любила его?…

Тадеуш Доленга-Мостович

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

Тадеуш Доленга-Мостович

Мир госпожи Малиновской

Роман

© DepositPhotos.com / rbvrbv, ysbrand, обложка, 2018

© Photochrom Print Collection [Public domain], via Wikimedia Commons, обложка, 2018

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2019

Глава 1

Для него это было как гром среди ясного неба. Сперва он даже хотел заявить госпоже Собчик, что это ложь, еще одна отвратительная офисная сплетня и ей не стоит повторять подобные новости. Потому что она назвала это именно так:

– А вы слышали, господин референт, в Закопане о нашей новости? Госпожа Богна выходит за господина Малиновского.

Он почувствовал, как приливает к лицу кровь, и склонился над выдвинутым ящиком стола. Взглянув на свои руки, бесцельно перелистывающие бланки, он попытался успокоиться.

– Не слышал, – ответил Борович.

– Осенью должна быть свадьба. Это вроде бы секрет, но все знают. Я полагала, что господин директор вам об этом писал. Кто бы мог подумать! Хотя господину Малиновскому нечего поставить в вину…

Борович, чувствуя, что перехватило горло, сглотнул, решительно задвинул ящик и спросил:

– Это все сметы?

– Да, кроме тех, что во время вашего отпуска заполнял сам господин Ягода.

– Спасибо.

Когда она вышла, он вскочил и подошел к открытому окну. Такого он не ожидал. Возвращаясь из отпуска, он, конечно, предполагал, что за время его отсутствия могло кое-что измениться. Даже некоторым образом опасался этого. Именно это не давало ему спать ночами и сегодня заставило с утра пораньше отправиться в контору. Но по дороге он совершенно успокоился. Громадное здание строительного фонда, видимое издалека в этот ясный солнечный день, его мощный контур, вырастающий из зелени деревьев, и неизменность Варшавы даже позволили ему улыбнуться собственным опасениям.

На самом деле, если он чего и мог желать, так это именно изменений, любых, хотя бы письма об увольнении, которое наконец-то прервало бы бессмысленное существование клочка мха, вросшего в дальний угол бетонной глыбы. Но новость обрушилась на него именно как гром среди ясного неба. Он с самого начала прекрасно знал, что Собчик говорила правду. Вспомнил оба письма Ягоды. Были там некие намеки, которым он не придал значения.

«Которым я не пожелал придать значение», – поправил он себя с каким-то сердитым удовлетворением.

Ягода смотрел на жизнь слишком просто, слишком практично, чтобы писать о вещах незначительных, о бессмысленных мелочах. Как-то написал: «Малиновский нанял каяк и целыми днями пропадает на Висле с госпожой Богной Ежерской, учит ее грести…» А в другой раз передал ему поклоны от «г-жи Ежерской и Малиновского».

«Неужели он допускал, что мне может быть до этого дело?… Глупости!»

Он взглянул на великолепный стол начальника, возвышающийся посереди конторы, словно огромный алтарь. Ягода и правда относился к этому предмету с пиететом, священнодействовал за ним. Сходство с алтарем подчеркивала строгая симметрия расставленных на нем предметов: две лампы, две чернильницы, два пресс-папье, два стакана с карандашами, два телефонных аппарата (внутренний и городской), с одной стороны – ножницы, с другой – линейка, две пепельницы, а посередине, в центре всего этого, естественно, пачка белой бумаги. Этот стол представлял собой центр существования и ось интересов Ягоды, и Боровичу и в голову не пришло бы, что этот человек мог в здании строительного фонда уделить хотя бы долю своего внимания чему-то, что не имело отношения к его служебным обязанностям. И все же Ягода многое замечал и даже, похоже, подозревал, что сближение госпожи Богны и Малиновского имеет какое-то значение для Боровича, что это станет для него громом среди ясного неба.

– Ну, не надо преувеличивать, – буркнул Борович.