Минуя пропасть, направляться в вечность

Когда-то давным-давно по этим землям протекала река, а над ней изгибался мост. Не помню, кто догадался перебросить через быстрые ледяные воды каменную арку. Люди? Гномы? А, может, мост неким чудом сам добрался до здешних краёв? Забыла. Да это и неважно. Важно то, что мост был отличный, и ничьих ожиданий никогда не обманывал. Он стоял точно там, где нужно, точно так, как удобно. Странники путешествовали по нему часто и мирно, ласточки строили гнёзда под его несокрушимым сводом, а цветы серебристой камнеломки разукрашивали валуны диорита наподобие роскошного ковра. И как это водится, под таким хорошим и нужным мостом однажды завёлся тролль.

Нареку его просто Троллем, поскольку имя он себе не придумал. Тролль жил у реки тихо и честно, ловил рыбу, умело её потрошил и ещё искуснее поджаривал на костре. А вот если бы Тролль пошёл по стопам своих мамы да папы, и начал бы взимать плату за проход по мосту, то вместе с родичами безвременно и окончательно бы почил. Но Тролль никакого интереса к путникам не проявлял, мост своим не объявлял, занимался любимым делом и одиночеством не терзался. Ведь к чудищу на рыбалку прибегал из людской деревни Мальчик.

Мальчик, отважный сердцем и неукротимый духом, по незнанию нарушал законы человеческих селений, которые гласили: «Не якшаться с чудищами (они сильны, а всё сильное нахраписто и внезапно)», «Не ходить поодиночке (ибо только на глазах другого человека человек ведёт себя достойно)», «Не удить, не есть рыб (они невкусные, заботливые пращуры в этом лично убедились)». Род людской в те времена был так молод, что подобные глупости принимал за совершенство мысли. Но Мальчик, самый юный человечек из самого юного сообщества на Земле, вере на слово ещё не научился. А потому он не боялся Тролля, не опасался реки, не взвизгивал, когда из холодных вод вытягивал чешуйчатые тушки рыб, и был счастливейшим ребёнком.

Мальчик искренне любил Тролля. Удивительно огромное и поразительно доброе чудище никогда не поучало, не надзирало, не отчитывало за дурашливость, а как известно, с таким другом мир познавать куда приятней и проще. Тролль же безгранично ценил Мальчика за то, что человечек развеивал дурные мысли о ненужности и одиночестве. Ведь когда ты последний живой член семейства, хоть и принимающий это знание с мудрой рассудительностью, ты всё равно иногда, эпизодически, тайком от солнца и луны, чуточку грустишь. А в пасмурные дни так вовсе унываешь. Однако если огромный мир, который сделал тебя чудищем, да ещё и сиротой, излечивает раны дружбой, то жить становится интереснее. И задорнее. От непрерывного щебета парнишки, его вопросов и стремления поймать все виды рыб, в огромной голове монстра расцветали невероятные модели новых удочек. Тролль смастерил для Мальчика тридцать три вида катушек, девять десятков крючков и необъятное собрание разномастных удилищ. А друг для друга чудище и человек готовили на углях рыбу, сдобренную тимьяном, диким перцем да кислицей; и вместе неторопливо ужинали, приглядывая за непрерывным течением времени.

История про дружбу Мальчика и Тролля мерцает на зеркальной глади вечности приветливо и мягко. И я бы рада оставить её именно такой, но нужно рассказать, как человеческий ребёнок стал просто Мальчиком. Ведь при рождении парнишке подарили имя. Яркое и звонкое. Он носил его, пока жил в деревне, пока тайком бегал на рыбалку с Троллем, пока упорно заявлял о себе шалостями и любопытством. Но однажды парнишка упустил имя, как упускал с непривычки свои первые поклёвки рыбы.

Послушайте, как Тролль рассказывал о тех переломных днях (его слова и тон важны, я объясню попозже почему):