Мимолетное увлечение

Fired by Her Fling Copyright © 2014 by Christy McKellen

«Мимолетное увлечение» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Таллула Лэйзенби осушила большой бокал совиньон блан и с наслаждением окунулась в умиротворяющий алкогольный кайф, но опьянение вскоре рассеялось, и прежнее волнение вернулось.

Ей явно не стоило напиваться накануне важной, посвященной разбору ее претензии встречи с владельцем радиостанции, на которой она работала диджеем – занималась тем, что до недавних пор заставляло ее с радостным волнением вскакивать по утрам. Но ей требовалось чем-то заглушить нараставшую панику по поводу того, что завтрашний день станет для нее там последним.

– Лула, да брось ты! Все будет хорошо, – шепнула ей на ухо подруга Эмили, щелкая пальцами перед носом Лулы и возвращая ее из сводящей с ума нервотрепки к реальности, в этот тускло освещенный паб в Ковент-Гарден, где они отмечали день рождения общей знакомой.

Лула выжала из себя улыбку:

– Легко тебе говорить, это ведь не ты спровоцировала катастрофу, когда переспала с директором радиостанции и перечеркнула все свои шансы на карьерный рост, отказавшись потом стать его очередной секс-куклой!

Эмили старалась казаться невозмутимой, но у нее это плохо выходило.

– Должна признать, Лу, это был не лучший твой шаг, – скривилась она в невеселой гримасе. – Одному богу известно, что на тебя нашло, когда ты решила переспать с этим придурком!

Лула мрачно кивнула, уставившись в дно пустого бокала.

Джереми – или Джез, как он предпочитал себя называть, – был самонадеянным, эгоцентричным бабником и полной противоположностью того, что она мечтала обрести в спутнике жизни.

– Это произошло после долгого, очень долгого периода воздержания, и он застал меня в момент слабости, – пробормотала Лула. Ее лицо вспыхнуло от стыда при мысли о том, какая тень легла на их служебные отношения, когда она недвусмысленно дала Джезу понять, что повторения не будет.

Джез не относился к мужчинам, которым можно было говорить «нет».

И она заплатила за это сполна.

После нескольких недель натянутого, враждебного общения он беспечно сообщил Луле, что не станет повышать ее до ведущей утреннего шоу, – хотя месяцами кормил ее подобными обещаниями. И просто для того, чтобы насыпать соль ей на рану, он отдал передачу Лулы «Для тех, кто в пути» Дарле – ее коллеге-ведущей, всегда готовой лечь с ним в постель.

Так что теперь Луле оставалось лишь числиться на радиостанции, подменяя других ведущих, когда им требовалось немного отдохнуть.

– По крайней мере, хозяин радиостанции серьезно отнесся к твоей жалобе, – заметила Эмили, развалившись на стуле и слизывая лимонный сок с края бокала водки с тоником.

Лула уронила голову на руки и уставилась в стол.

– Я не рассказала тебе самого ужасного. Сегодня я узнала, что папочка Джеза – закадычный приятель владельца радиостанции. Нет ни малейшего шанса, что он встанет на мою сторону. Только не в случае, когда блат – в действии. – Она потерла глаза и тяжко вздохнула. – Проклятое кумовство!

Уголки рта подруги вздернулись в утешительной улыбке.

– Все будет в порядке. Ты – лучший диджей на этой радиостанции, они ни за что не позволят тебе уйти. – Да поверь ты в себя хоть немного!

– Хм…

Эмили наклонилась вперед и ободряюще шлепнула Лулу по ноге.

– Знаешь, что ты должна сделать прямо сейчас? Зарядиться уверенностью в собственных силах, чтобы завтра войти туда с высоко поднятой головой.

Лула страдальчески взглянула на подругу:

– И как же мне этого добиться?

– Для начала затеять что-то вроде флирта с каким-нибудь безумно красивым богом секса. – И Эмили дерзко подмигнула, это был ее фирменный жест, заработавший ей великое множество фанатов, которые сходили с ума по ее популярному телешоу «Ниже пояса».

Лула захлебнулась смехом.

– А эти боги что, где-то существуют? Я почему-то никогда их не встречала.

– Знаешь, если бы ты оторвалась от неустанных поисков мифического «идеального мужчины» и хоть ненадолго предалась развлечениям – с кем-нибудь, кроме своего начальника, это наверняка вернуло бы тебе либидо, – неодобрительно вскинула бровь Эмили, но тут же отвернулась, услышав, как кто-то ее окликнул.