Миллион лет одиночества

Иногда жизнь уходит раньше, чем смерть находит время прийти.

Город, который раскинулся перед ним, был его единственным достижением. Каждое здание, каждая улица, каждый мост и сквер были построены его руками – и не сразу. Это заняло миллион лет. Годы, которые для других были бы невообразимым сроком, для него превратились в циклы постоянного созидания и разрушения, а затем нового созидания. Вначале – простые хижина из дерева, затем здание, потом металл, стекло, пластик. Технологии появлялись, развивались и заменялись более совершенными.

Теперь всё выглядело безукоризненно: высокие здания, покрытые панелями солнечных батарей, ровные дороги, по которым скользили его изобретения – электромобили. Дроны бесшумно летали над городом, сканируя пустые улицы, поддерживая порядок. Вода в реках, протекающих сквозь город, была прозрачной, словно слёзы, а каждый камень на мостовой был выложен точно по расчётам, без единого изъяна.

Но вот что он понял спустя за миллион лет: этот город был мёртв.

Когда он только начинал, его наполняла мечта о совершенстве. Сначала была надежда, что он сможет создать что-то грандиозное, что наполнит его существование смыслом. Но годы шли, а смысл оставался таким же пустым, как и город.

Тишина. Всегда тишина. Никакого шума, кроме ветра, гуляющего по улицам. Он пытался заполнить этот мир технологией, создавая автономные машины, роботов, даже целые системы управления, которые поддерживали жизнь города. Но никто не ходил по этим улицам, никто не садился в парки, никто не смотрел в окна небоскрёбов. Лишь манекены которое бездушно смотрели в некуда.

Он прошёлся по улице, оглядывая свой мир – монумент его труда. Небо над головой медленно темнело, звёзды, столь привычные ему, вспыхивали одну за другой. Когда-то он надеялся, что сможет создать нечто большее, что технологии, которые он развивает, приведут к появлению новых форм жизни или хотя бы к чему-то, что сделает его существование менее одиноким.

Но он убедился: совершенство не может заменить человеческого присутствия. Даже обладая знаниями всех эпох, он не мог вернуть то, что когда-то было в мире – людей.

Его электромобиль остановился у подножия самого высокого здания – символа его бессмертной работы. В машине не было шума, только легкое гудение зарядной станции, питающей город из его собственных энергетических установок. Он вышел и медленно огляделся вокруг, вдохнув воздух, прохладный и свежий, но всё такой же пустой, как и его жизнь.

Он знал, что никто не придёт, и всё же, в этой бесконечной тишине, он тихо произнёс:

– Вам, наверное, интересно, что это за место?

Он сделал паузу, прислушиваясь к тишине, словно ожидая ответа, который так и не пришёл. Затем, с лёгкой улыбкой, добавил:

– Но всё по порядку…

Андрей сидел перед монитором, медленно постукивая пальцами по клавиатуре. Всё, как всегда. Сначала пандемия вроде бы что-то изменила – люди заперлись в своих квартирах, мир как будто остановился. Но для него, фулстек разработчика, не изменилось ничего. Он всё так же просыпался, шел до рабочего стола в соседней комнате и включал ноутбук.

Чашка холодного кофе стояла рядом, экран напоминал, что скоро начнется очередной митинг. «Да что за чёрт…», – пробормотал он, проверяя в который раз код, который уже давно надо было залить в ветку на гите. На этот раз он назвал её «солнышко». Потому что на этот код больно смотреть – и так сойдёт. Он усмехнулся своему сарказму и нажал «push».

Через несколько минут в наушниках раздался знакомый звук уведомления созвона. Всё та же компания, всё те же лица. И всё так же раздражающе бессмысленные разговоры.

– Всем привет! Как дела? – весело начал кто-то из коллег.

Андрей закатил глаза. «Как дела? Никак. Всё по-прежнему». В последнее время ему казалось, что время просто остановилось. Пандемия за окном, люди прячутся в своих домах, но внутри Андрея ничего не менялось.

– У нас тут сроки горят, да? – раздался голос начальника.

– Да не, какие сроки, у нас сраки горят, – саркастично добавил Андрей, и на экране мелькнули одобрительные улыбки коллег.

Их шутки раздражали его. Всё было настолько бессмысленным, что даже рабочие созвоны казались фарсом. Они все сидели в своих клетушках, пытаясь казаться бодрыми, но на деле всё сводилось к тупым шуткам и бессмысленным обсуждениям.

Андрей молча выключил звук на своём микрофоне и вздохнул. «Ничего не изменилось. Ни-хрена…»

Казалось бы, весь мир стоял на пороге перемен, но для него это было лишь продолжением рутины. Работа, код, бессмысленные созвоны. Люди вокруг казались пустыми, а жизнь – непрерывным циклом однообразия.

«Когда это всё закончится?» – пронеслось у него в голове, но он знал, что ответа не будет.