Мифы Старого и Нового Света. Из Старого в Новый Свет: Мифы народов мира

Название этой книги должно показаться странным. Мифы Нового и Старого Света — это значит все мифы вообще, вся мировая мифология. В начале 1980-х годов был издан двухтомник «Мифы народов мира», над которым работали десятки ведущих специалистов. Однако и этот колоссальный по объему справочник описывает лишь малую часть мифологических сюжетов, распространенных у разных народов. Можно ли рассказать о всех мифах в одной небольшой книге? Ответ очевиден: нельзя. И тем не менее эта книга все-таки претендует на глобальный охват.

Каждая обобщающая работа имеет смысл постольку, поскольку в ее основу положена определенная концепция. Если концепция новая или хотя бы возрожденная после забвения, книгу стоит писать и читать, а если автор лишь пересказывает то, что и так известно — не стоит.

Не главной, побочной задачей стало для меня стремление познакомить читателя с такими мифологическими традициями, о которых он, может быть, и не слышал. Однако надо признать, что хотя никакое знание не бывает лишним, знакомство с мифами брибри, моклум, карок или аквапим не входит в джентльменский набор образованного человека.

Основная задача книги другая и к мифологии прямого отношения вообще не имеет. Интересы автора лежат в области истории, точнее предыстории, то есть сосредоточены на той части исторического процесса, которая не отражена в письменных источниках. К истории письменной она относится как подводная часть айсберга к надводной. В 1990-х годах я постепенно пришел к убеждению, что распространение мифов по различным регионам планеты помогает реконструировать те миграции людей и те связи между культурами, которые имели место не только тысячи, но и десятки тысяч лет назад. По мере накопления данных находилось все больше фактов, подтверждающих подобную точку зрения и ставящих под сомнение познавательную ценность некоторых других подходов к мифологии. В книге рассматриваются именно эти факты. В первом разделе сделан обзор тех способов осмысления мифологии, которые предлагались ранее. Большинство из них, как мне кажется, не дают убедительного ответа на вопрос, почему мифы одних народов сходны между собой, а других — различны.

Фольклор и мифология — часть культуры. На протяжении XX века в изучении культуры сменяли друг друга разные подходы. Некоторые из них были настолько несовместимы, что их представители не спорили между собой, а просто игнорировали друг друга. Это вряд ли нормальная ситуация для естественных наук, но для гуманитарных, наверное, неизбежная. В начале второй половины XX века в культурной антропологии (она же этнология) произошли огромные изменения, которые иногда называют «интерпретативным поворотом». Исследователи стали изучать не те вещи, факты, объекты — материальные и нематериальные, — которые отличают одну культуру от другой, а те интерпретации вещей, те значения, которыми наделяют вещи представители разных культур. Закономерно возникла и реакция на подобный поворот: нужно сосредоточиться на сборе данных о распространении по культурам именно вещей, черт, признаков, характеристик и изучать их как массовый материал, максимально объективно, отстраненно, с применением математических методов. Цель подобного изучения — определить глобальные тенденции в развитии культуры, попытаться понять, какие категории культурных явлений находятся во взаимозависимости и насколько все эти связи сильны.

Второе направление автору книги ближе. В последние годы специалисты в области кросс-культурных исследований стали допускать, что одна из самых важных тенденций в развитии мировой культуры есть одновременно и самая простая. Многое в культуре является результатом элементарного, примитивного копирования. Воспроизводя традиционные образцы, сами носители культуры либо действуют бессознательно, либо считают, что священной традиции надо следовать просто потому, что ей следовали предки. И поскольку в процессе передачи традиции в ней неизбежно происходят мелкие изменения, ошибки копирования, то вся история человечества оказывается во многом результатом случайного, непредсказуемого процесса.

Во многом, но не во всем. Определенные формы социальной организации, идеологии, технологии — все это зависит одно от другого и от природной среды. Исторический процесс развертывается во всей своей неповторимости вследствие сочетания обоих факторов — во-первых, слепого копирования культурных форм с постепенным нарастанием ошибок и изменений и, во-вторых, действия разного рода закономерностей, благодаря которым одни варианты истории более, а другие менее вероятны.