Метель, или Барыня-попаданка. В перепутье дорог

В очередной раз метель подхватила и завертела нашу героиню, но она чувствовала, что этот перенос сразу пошел как-то неправильно, не по привычному уже формату.

Во-первых, метель закрутила Наталью очень сильно, как никогда раньше. Во-вторых, она поняла, что ее несет куда-то значительно дальше, чем по обычному маршруту в усадьбу. Но и сейчас страха не было, а было ожидание новой интересной истории, которая, как она была уверена, изменит жизнь к лучшему.

Итак, Наталья очутилась в какой-то большой зале, богато расписанной и обставленной, и, глядя на обстановку, предположила, что оказалась в богатом особняке или дворце.

Сейчас ночь, все спали, залы пусты, никто ее не остановил и не видел. Она проходила одну за другой через пустые темные комнаты, которые освещались только светом яркой луны. Она чувствовала себя привидением, скользящим по пустынным залам, где никто ее не замечал.

Подошла к полуоткрытой двери одного из них и услышала разговор двух женщин, судя по голосам, молодой и более пожилой. Молодая дама говорила, едва сдерживая слезы:

– Ах, мой бедный котеночек! Так жар и не спадает! И все эти зубы, так трудно режутся! Что же делать, что делать? Она совсем слаба! Я так боюсь за нее!

Вторая женщина утешающим голосом отвечала ей:

– Может, еще раз медика позвать? Он должен помочь!

– Ну, ты же знаешь, что господин Франк и так старается делать, что может, нам остается только молиться и надеяться на чудо!

Наталья вспомнила про свои лекарства и подумала, что могла бы помочь этим людям, тихо открыла дверь пошире и проскользнула в комнату. Женщины ее и не заметили сначала, так как в комнате было темно, только скудный свет нескольких свечей освещал усталую молодую даму в скромном темно-синем одеянии и чепце, сидевшую на стуле около кроватки с ребенком.

Пожилая женщина стояла рядом и чуть в отдалении. Наталья подошла поближе – в кроватке лежала прелестная девочка где-то полутора лет, тихо плачущая от боли. Голова ее горела, волосы были спутаны, на лбу выступил пот. Тут же вышла из темноты пожилая сиделка, которая, вскрикнув, загородила своим телом кроватку. Молодая дама подошла к столу, чтобы взять в руки колокольчик и вызвать охрану. Наталья тихо проговорила:

– Не бойтесь меня, сударыни, я не враг вам, а друг!

Молодая дама посмотрела на нее, увидела спокойствие и доброжелательность и, кивнув головой, поставила колокольчик. Она спросила не столько испуганным, сколько удивленным голосом:

– Откуда вы? Кто вы? Чего вы хотите? Почему охрана пропустила вас?

Наталья поспешила ее успокоить:

– Мадам, простите за внезапное появление, но так получилось, что я услышала ваш разговор и подумала, что могу помочь больному ребенку, если вы позволите мне осуществить это. У меня есть лекарства, которые помогут сделать это. Я дворянка, меня зовут Наталья, и я не желаю никому зла.

Женщина испытующе посмотрела на собеседницу, лучик надежды зажегся в ее глазах, ей так хотелось поверить неизвестной, и в то же время было боязно отдавать лечение ребенка в незнакомые руки. Она чуть отступила в сторону и с робкой надеждой спросила:

– Вы действительно можете помочь?

– Клянусь Пресвятой Богородицей и всеми святыми, что я не сделаю девочке ничего плохого, а, наоборот, постараюсь вылечить ее. Я сделаю все возможное, а остальное – в руках Божьих! – и Наталья, перекрестившись, поцеловала крестик.

Ее слова немного успокоили мать, ведь такими клятвами в те времена так просто не разбрасывались. Женщина посмотрела на собеседницу еще раз испытующе, но вот в ее лице что-то дрогнуло, и она сказала:

– Хорошо, я доверю лечение своей дочери вам, и я очень надеюсь, что оно будет успешно! Моя дочь в опасности, и я надеюсь на чудо, так как лечение пока не помогает.

– Сударыня, я полностью вверяю свою жизнь в ваши руки, но и вы доверьтесь мне! – спокойно уверила мать Наталья.

– Хорошо, действуйте, но вы будете объяснять все, что вы делаете. У Лизоньки последние зубки трудно режутся, даже горячка началась, ничего не ест и не спит уже второй день!

– Покажите только, где можно руки помыть!

Пожилая служанка принесла тазик и кувшин с водой и помогла помыть руки, несколько удивленно поглядывая – лекари того времени так не делали.

Наталья подошла к девочке и стала ее осматривать, разговаривая спокойным, мягким голосом, обволакивая ее и мать своим теплом и уверенностью, «курлыкая» над ребенком. Так «курлыкала» и ее мама, когда она болела, так «курлыкали» и они с Инной, когда болела Танюша.

– Ну что, моя птичка, что тут у нас? Совсем разболелась, рыбонька! Сейчас я тебе помогу! Все будет хорошо! Как тебя зовут?

– Елизавета, Элиза, Лиза, – тихо откликнулась мать.

Наталья потихоньку обратилась к ней:

– Мне нужна уксусная вода, она снимет жар, я буду обтирать ею ребенка, а следом надо насухо ее вытереть и поменять одежду, эта вся влажная!