Мертвая топь

Ее звали Рейма. И она была никем.

Безродная, не знавшая дома, скитавшаяся от места к месту.

Будучи никем, Рейма не имела ничего. Оттого ей приходилось прибегать к обману и воровству. Брала столько, сколько могла унести, да и у тех, кто бы не заметил утраты либо же равнодушно махнул на нее рукой. Никогда она не забирала последний кусок хлеба у бедствующих. Не получившая родительской любви и после не знавшая близости с другими людьми, она, однако, не была лишена простых человеческих чувств.

Однажды Рейма пришла к месту, в котором нашла свою погибель. То была деревня, что первое время казалась ей простой, ничем не примечательной, с хорошими людьми, что приютили ее и поделились сытной едой и удобной постелью. Провела она с ними всего семь дней и шесть странных ночей, одна из которых была короче прочих. Что было хорошего в том, чтобы не иметь своих корней? С детским любопытством и живым интересом слушала Рейма предания и легенды от людей из тех земель, где бывала. В этой деревне были одни лишь… сказки. Старики слепо верили в них, молодые смеялись, дети пугались.

Большинство сказок были связаны с болотом, подле которого деревня была построена и которое все обходили стороной оттого, что знали – в нем легко пропасть. Однако Рейма совсем не боялась того, что ей понарассказывали: знала она, как не сгинуть в болотах и в чем нужно проявлять осторожность. С намерением собрать дикие ягоды Рейма собиралась дойти до этого болота, которое местные обзывали Мертвой топью.

Да только ее остановили две девушки. Издалека завидев свою гостью с плетеной корзинкой, побежали к ней. То были родные сестры: старшая и младшая. И всегда они были веселы и добры. По обе стороны взяв гостью под руки, увели они ее от болота.

– Разве ты не видишь? – спросила старшая и показала рукой на людей вокруг, молодых и старых. Каждый из них был занят приготовлениями. – Здесь сегодня день особый. Праздник окончания лета.

– Не ходи туда. Не надо… – тихо уговаривала младшая, то и дело бросая взгляд за спину, на тропу, что вела в Мертвую топь.

– Иль хотя бы не спеши! – старшая улыбнулась.

Привели они Рейму к себе домой, где принялись наряжать ее как свою маленькую куколку. Пока старшая перебирала свои вещи в поисках того, что подошло бы их новой знакомой, младшая гребнем расчесывала ее длинные каштановые волосы. Никогда у Реймы не было подруг. И она тихо наслаждалась той девичьей беззаботной суматохой, которую те создавали вокруг нее.

Старшая из сестер подарила ей платье ярко-красного, напоминающего боярышник цвета. На ткани были вышиты позолоченными нитками цветы. А младшая принесла множество украшений, среди которых Рейма заметила поясную цепь, несколько браслетов и колец. Волосы ее они собрали в косу.

Впервые Рейма чувствовала себя такой… прекрасной.

Стоило тьме подступить к деревне, жители ее вышли из своих домов, в окнах которых было мрачно и тихо – больше не горели свечи, не звучали приглушенные голоса. Вся жизнь была под открытым небом, подле болота, от которого исходил гнилостный запах…

С жителями деревни Рейма ела самую вкусную еду и пила напитки, от которых разум ее становился хмельным, тело – легким и ей неподвластным. Как к гостье, к ней было приковано много внимания, особенно со стороны молодых мужчин.

Желая отвлечь ее от них, старшая из сестер шепнула ей на ухо:

– Говорят, Хозяин здешний был когда-то человеком.

Ее услышал стоявший рядом мужчина.

– Верно, врут, – он колко усмехнулся, – у этой твари сроду не было души.

Вместе с остальными девушками Рейма танцевала вокруг большого костра, от которого исходило одурманивающее тепло, и смеялась. Кружась, она теряла себя и обретала снова. И в этом шуме голосов и музыке на краткий миг она нашла свое место.

– Оставайся! Будешь нам названой сестрой, – сказала ей младшая.

– Сестрой? – эхом откликнулась Рейма.

Все вокруг казалось красочным, магическим, не от мира сего, – и эта ночь, и эта луна, и эти звезды, и этот лес, и это болото, и эти люди.

От танцев и питья голова кружилась. И Рейма почти рухнула на землю, но устояла и пьяно захихикала, прижав ладонь ко рту. Да только никто на нее не обратил внимания. Она оглянулась – и улыбка сошла с ее лица, стоило ей увидеть привязанную к столбу свинью. Столб этот не стоял там прежде, как ей казалось. А быть может, она просто его не замечала. На высоком столбе том были вырезаны символы, а люди толпились вокруг, и шум их голосов звучал отовсюду. Да только Рейма слышала в ушах один только гул сердца.

Взмах острого кинжала, и вот рекой полилась кровь к самым ее ногам, босым и грязным. А животное пронзительно завизжало… Рейма сделала шаг назад, еще один и еще, пока, споткнувшись, в самом деле не упала на землю, больно ударившись локтями. Подбежавшие сестры помогли ей встать на ноги. Держа за руки, они вели безвольную ее за собой. Снова и снова они подносили к ее губам чашу с питьем, а после угощения – кусочки мяса. Отрешенная, Рей пила и ела.