Мерецков

Он не мог себе представить даже в самом страшном сне, что произойдет с ним — заместителем наркома обороны, генералом армии, Героем Советского Союза — на второй день после начала Великой Отечественной войны…

Кирилл Афанасьевич Мерецков находился в Ленинграде. Под вечер 23 июня пришла срочная телеграмма от Тимошенко: «Немедленно вылететь Москву, прибытием явиться Кремль». У него не было ни малейшего сомнения, что экстренный вызов наркомом связан с предстоящим направлением на ответственный участок борьбы с вторгшимися на советскую территорию фашистскими войсками.

Самолет приземлился на московском аэродроме в 19 часов 10 минут. Едва подрулил к стоянке, как тут же к нему подкатил наркоматовский «паккард».

Шофер Григорий Широков быстро домчал Мерецкова до оборонного ведомства. Дежурный уведомил: у генерала есть еще тридцать минут. Кирилл Афанасьевич забежал в свой кабинет, побрился, переоделся в чистый мундир и снова — в машину.

— Давай, Гриша, быстрее, в Кремль, — бросил Широкову.

В Кремле в этот момент принималось решение о создании Ставки Главного командования Вооруженных Сил СССР. Формировалась группа постоянных советников из числа наиболее известных государственных и военных деятелей. В ее состав включался и Мерецков.

За час до приезда Мерецкова в Кремль прибыл комиссар государственной безопасности 1-го ранга В.Н. Меркулов, бывший 1-й заместитель наркома внутренних дел СССР, а теперь глава нового наркомата — государственной безопасности (НКГБ). (При этом Меркулов не выходил из подчинения Л.П. Берии, так как тот являлся заместителем Председателя СНК, одновременно оставаясь наркомом внутренних дел.) О чем шеф НКГБ докладывал членам ЦК и правительства, неизвестно, но когда «паккард», проехав Спасские ворота, остановился в тупике возле Ивановской площади и Мерецков направился к подъезду здания Кремля, где на втором этаже располагался рабочий кабинет Сталина, у входа в приемную его остановили трое работников госбезопасности. Они попросили генерала проследовать с ними вниз. Неподалеку от подъезда стоял черный ЗИС.

Мерецков попытался возразить, что он вызван на важное совещание, что они не имеют права его задерживать. Энкагэбисты, не обращая внимания на его возражения, предложили ему занять место на заднем сиденье, двое расположились рядом по бокам, третий сел за руль. В ту же минуту машина рванула с места к Спасским воротам и на большой скорости понеслась к Лубянке.

Всё это происходило на глазах Широкова. Он без раздумий устремился за ЗИСом. Перед въездом во двор здания НКВД — НКГБ охрана остановила «паккард». Широкову было рекомендовано вернуться в гараж Наркомата обороны…

Мерецкова поместили в одну из камер внутренней тюрьмы НКВД. За полночь его доставили в допросную комнату, где находились Меркулов и начальник Следственной части по особо важным делам майор госбезопасности Л.Е. Влодзимирский.

Это были опытные чекисты бериевской школы.

Бывший прапорщик царской армии Всеволод Меркулов с 1921 года пришелся по нраву органам ВЧК Закавказья. Его отличали решительность и жестокость. Он прочно вошел в так называемую «грузинскую мафию», возглавляемую Берией, и стал одним из лучших его учеников и особо доверенным лицом.

Лев Влодзимирский, поляк по национальности, с молодых лет посвятил свою жизнь борьбе с врагами советской власти. С приходом в НКВД Берии стал его верным подручным, прослыл мастером пыток подследственных. Не случайно был назначен начальником Следственной части по особо важным делам НКВД СССР.