Мера в любви

Человек темной тенью проскользнул в предрассветных сумерках по двору. Аккуратно, чтобы не скрипнули, приоткрыл ворота конюшни и вошел. Внутри царил полумрак, пахло душистым сеном, сонно всхрапывали лошади, изредка раздавался стук копыт, когда какое-нибудь животное переступало с ноги на ногу.

Ему не надо было читать таблички, чтобы найти то, что нужно. Он чувствовал себя здесь как дома и вел соответственно. Осторожно, чтобы не испугать чуткое животное, он открыл дверь одного из стойл и подошел к грациозной рыжей кобыле с белой звездочкой на лбу. Ласково потрепав ее по холке и тихо пробормотав: «Умница, хорошая девочка», он потянул лошадь за недоуздок, и та послушно пошла за ним.

Отведя кобылу в самый дальний конец конюшни, мужчина оставил ее в пустующем стойле. Затем прошел по проходу и открыл еще одну дверь. Лошадь, как две капли воды похожая на предыдущую, угрожающе всхрапнула и, прижав уши к голове, попыталась встать на дыбы, чтобы ударить незваного гостя передними копытами. Когда ей это не удалось, она вся словно подобралась и, задрав верхнюю губу, обнажила крупные белые зубы, которые легко могли бы раздробить пальцы взрослому человеку.

Но мужчина был не робкого десятка, к тому же прекрасно знал, как справиться с норовистой красавицей. Не прошло и нескольких минут, как рыжая кобыла заняла место своего двойника. И в конюшне вновь стало привычно тихо. Удовлетворенно вздохнув, мужчина направился к выходу.

Когда он вышел наружу, занималась заря, и в ее еще не ярком свете глаза мужчины на миг сверкнули безумным блеском. Но уже в следующее мгновение он упрямо тряхнул головой и посмотрел туда, где за деревьями был полускрыт дом, в котором он прожил почти всю свою жизнь. Лицо его выражало непримиримость и с трудом сдерживаемую ярость.

Человек, сидевший по другую сторону стола, откашлялся.

— Вам ведь приходилось сталкиваться с подобными вещами, не так ли? — спросил он, с сомнением оглядывая офис.

Айрин догадывалась, что его взгляд, должно быть, споткнулся на комнатных цветах и пальме в кадке. Возможно, они и выглядят не слишком официально, недовольно подумала она, зато очень оживляют комнату.

— Неоднократно, — ответила она, перебирая бумаги, лежавшие на столе, с таким видом, словно у нее дел невпроворот.

Однако с тех пор как умер отец, число клиентов заметно уменьшилось. Не каждый решится доверить свои секреты женщине, которая выглядит намного моложе своих тридцати двух лет. Кроме того, табличка, висевшая на двери офиса, гласила: «Кристофер Бейтс. Частный детектив» и входивший сразу испытывал разочарование, видя вместо означенного какую-то девицу.

— Вам достаточно подробно описать свою жену и рассказать, при каких обстоятельствах вы видели её в последний раз. Я сделаю все возможное, чтобы добиться удовлетворительных результатов.

Мужчина колебался, по-видимому все еще неуверенный в том, что она справится с задачей, и Айрин подавила нетерпеливое восклицание. Проклятье, думала она, что в этом сложного — отыскать пропавшую половину?! Отец расследовал сотни таких случаев, и, как правило, беглянку находили в постели другого мужчины.

— Вы, конечно, понимаете, что все должно держаться в строжайшем секрете? — продолжал занудствовать посетитель, и Айрин состроила самую убедительную мину из тех, что были в ее арсенале. Но она никак не могла отделаться от впечатления, что перед ней сидит не самый выгодный клиент. Поношенный костюм и стоптанные ботинки заставляли Айрин сомневаться в том, что он в состоянии оплатить ее услуги.

— Любая информация, которую мне предоставляют, сугубо конфиденциальна, — заверила она, все больше чувствуя, что ей не хочется браться за это дело. Но нищие не привередничают, да и мать не похвалит ее, если она начнет швыряться клиентами.

— А цены? — проговорил ее визави, словно стараясь оттянуть момент, когда придется давать описание жены. — Они договорные?

— К сожалению, нет. — Айрин всегда ненавидела эту сторону дела. — Сто фунтов в день плюс расходы. И боюсь, мне придется попросить у вас аванс.

— Аванс?! — Глаза, полуприкрытые до сих пор, округлились, сделав малопривлекательное, незапоминающееся лицо похожим на совиное.

Айрин полагала, что мужчине лет пятьдесят, но преждевременные морщины и опущенные уголки рта добавляли еще лет шесть.

— Так принято, — проговорила она как можно официальнее. — В конце концов, если вы не будете удовлетворены результатами поисков вашей жены, вы всегда можете отказаться платить. Но вы сами понимаете… — Айрин натянуто улыбнулась, — что расходы предстоят немалые. Однако я буду подробно записывать свои траты каждый день и при первом же требовании отчитываться перед вами.

— Хм…

Мужчина нахмурился, и Айрин почувствовала еще большую неловкость. Если бы дело касалось ее одной, она с удовольствием послала бы его куда подальше. Например, в другое агентство, где им занялся бы мужчина, внушающий ему большее доверие.