Меланжевый огород (СИ)

В книге «Про огород для бережливого и ленивого» (Краснодар, 2001) я описал, как поиски средств добиться приличных успехов в огороде ценой разумных усилий и затрат привели фактически к восстанавливающему (органическому) земледелию. Слово «ленивый» стало для меня «фишкой». Выкристаллизовалось понимание, что земле вовсе не нужен наш рабский труд, и что путь к посильному — в удовольствие — труду проходит через буйство зелени в огороде, через интенсивную посадку растений. Ей в упомянутой книге было уделено непростительно мало внимания, и в следующей книжке «Меланжевый огород» (Краснодар, 2002) я как мог восполнил этот пробел.

Потом я раскрывал эту тему в книгах «Дружелюбный огород» и «Ваш огород». Непривычный подход к привычным вещам» (написана в соавторстве с Т. Ф. Бублик) интенсивной посадке растений — ключевому приему нетрадиционного земледелия — было, как мне казалось, воздано должное. Но — тема «меланжевого» огорода неисчерпаема!

За последние годы резко возросла тяга огородников к нетрадиционному земледелию. Создана разветвленная сеть «Клубов Органического Земледелия». Мне довелось читать лекции и вести оживленные беседы в Клубах Белгорода, Белой Церкви, Борисполя, Днепропетровска, Донецка, Ивано-Франковска, Киева, Львова, Макеевки, Мариуполя, Никополя, Фастова, Харькова, Черновцов, Чугуева. Эти беседы показали, что интенсивная посадка растений вызывает наибольший интерес слушателей, готовых «поступиться принципами», и что «Меланжевый огород», ставший раритетом, нуждается в переработке и переиздании.

«Миссионерская» деятельность дала возможность свести приятное и полезное знакомство со многими деятельными энтузиастами органического земледелия. Марина Михайловская и Вадим Клейманов (Харьков) фактически положили начало этой деятельности, вывели «крота» (я имею в виду автора) из огорода в белый свет. Оксана Соколан (Ивано-Франковск) вдохновенно (и с успехом, и не раз) убеждала, что тыща верст ради лекций — не крюк. Ирина Глущенко (Черновцы) первой заказала «римейк» «Меланжевого огорода», а потом с Петром Трофименко (Киев), Мариной Кучеренко, Федором Рябининым (Донецк) и другими энергично «подсуетилась», чтобы задумка реализовалась. Всем им спасибо.

В «концертных турах» по Украине мне довелось — чаще, чем обычно— общаться с моим давним киевским другом Юлием Фишманом. Это было и приятно (мне), и полезно (для лекций). Дело в том, что я — практик. Не агроном, а математик. И не вправе просто пересказывать нечто прочитанное. Я должен это нечто «размять пальцами», найти его место в структуре, смастерить адекватную словесную «одежку», смоделировать. А в этом деле Юлий «не пасе заднiх». И если за неудачи («скромно» замечу — редкие) мне попенять некому, то удачами я обязан поделиться с Юлием. И охотно делаю это.

Не могу не отметить заметное влияние белгородских адептов нетрадиционного земледелия — неутомимого библиофила Михаила Першина и автора книг «Биотехнологии в земледелии», а также «Азы плодородия» Виталия Гридчина. Опыт Виталия Трофимовича — бывшего директора совхоза — особенно ценен. Он приобретен не на огородных грядках, не на сотках (как, к примеру, мой), а на совхозных полях, на сотнях и тысячах гектаров. И совсем уж немыслимое дело — еще в советские годы, под неусыпным оком полноправных райкомов партии. Родейлам такая «опека» и не снилась.

В книге в той или иной форме отражены меткие замечания и актуальные пожелания моих многочисленных читателей и слушателей. Низкий им поклон. Готов принимать новые по адресу: borisbublik@yahoo.com и по телефону 8(067) 579 -25-48.

Эпитет используется здесь для обозначения земледелия, альтернативного конвенциальному (традиционному). Чаще употребляются определения и др. Однако все они представляются мне менее удачными.

Слово изначально относилось к удобрениям и средствам защиты растений, а позже приобрело преимущественно потребительский оттенок. За эпитетами и видится, в первую очередь, почва. Определениям и недостает конкретности. За тянется шлейф эзотерики, чего-то такого для Слова и абсолютно справедливы, уместны, но в них не видно, строго говоря, дефиниции самого земледелия. Они, скорее, эмоциональны, оценочны.