Механизмы некромантии

— Хен, стой! Убью заразу!

Студенты, сновавшие по коридору, куда выходили двери тренировочных залов, торопливо расступались, ошарашенно провожая взглядом одного из преподавателей боевки Шэйна Даверлина. Тот в данный момент изо всех сил старался догнать полуэльфа и пугал окружающих зверским выражением лица. Некоторые, впрочем, узнали и этого полуэльфа. Им был Хенрим Керриви, довольно известный в узких кругах целитель с редкой специализацией мозгоправа. Сейчас он, хохоча, мчался по коридору и останавливаться даже не думал.

Ровно до того момента, как его взгляд зацепился за стоящую у стены девушку. Техномагичка в боевом крыле университета Ульгрейм сама по себе была явлением редким. Да и то, как она спокойно, можно даже сказать безучастно, взирала на разворачивающееся представление, тоже выбивалось из общей картины. Узкое лицо с острым подбородком, высокие скулы, раскосые светлые, не то серые, не то голубые глаза, смуглая кожа и черные блестящие волосы, убранные в высокий хвост, — девушка была очень привлекательна. Но отнюдь не из-за этого Хенрим так засмотрелся на незнакомку, что не вписался в поворот и врезался в стенку.

— Ох! — Он сполз на пол, потирая пострадавшее плечо, но при этом не отводя заинтересованного взгляда от девушки.

Вернее, от ее рук, которые в данный момент были сложены на груди. И пусть ему сейчас видны только пять пальцев из десяти, руны на костяшках красноречиво говорили сами за себя. Некромантка.[1] Но наряд техномага, круглые очки на голове и гаечный ключ, прицепленный к карабину широкого пояса, тоже не оставлял вариантов.

Но это же невозможно! Некроманты не становятся техномагами!

И такой вдохновенный мозгоправ, как Хенрим, конечно же, не мог не заинтересоваться.

Странная девушка, заметив взгляд полуэльфа, недоуменно вскинула бровь, а затем, передернув плечами, резко развернулась и направилась на выход из крыла боевых искусств.

— Попался, засранец!

Мозолистые пальцы с некромантскими татуировками ухватили Хена за острое ухо и безжалостно потянули вверх.

— Ай, придурок, пусти! — возмутился тот, вырываясь из рук друга. — Я тебе сколько раз говорил: к ушам не лезть?!

— Да ты!.. — У Шэйна явно закончились цензурные слова, потому что следующую эмоциональную фразу можно было целиком заносить в словарик достижений некромантского матерного.

— Да-да, — не впечатлялся полуэльф, провожая взглядом гибкую фигурку. — Лучше скажи мне, кто она?

— А? — сбился Шэйн и посмотрел туда же, куда и друг. После чего негромко хмыкнул: — О-о-о… Это, Хен, наша с Ником головная боль. Студентка второго курса Ясмира Ловердейл. И да, ты не ошибся. Она некромантка, которая учится на факультете техномагии. И если тебя интересует, на кой ей подобный изврат, то спрашивай сам. Ибо этого не знает никто, а спрашивающих девочка посылает независимо от возраста и статуса.

Хенрим мягко улыбнулся, заставив некроманта вздрогнуть. Шэйн знал — когда на устах этого полуэльфа появляется такая улыбка, стоит порадоваться, если она направлена не на тебя. Потому что мозгоправ учуял интересную цель и вышел на охоту.

— Ясми-и-ир-р-ра, — протянул Хен, словно пробуя имя на вкус, а затем его улыбка стала хищной. — Что же… Определенно, я не зря принял приглашение ректора.

— Как всегда, блестяще, Ясмира.

Ник Кайндорф отложил в сторону исписанные мелким почерком листы, взъерошил пальцами, украшенными рунами, платинового цвета волосы и посмотрел на меня до того безнадежно, что мне на миг даже стало жаль преподавателя.

Каково ему, влюбленному в свой дар, учить некроманта, который отказывается пользоваться своими силами?

— Ясмира…

— Да, наставник?

Мой прямой взгляд, привычный, нечитаемый, как всегда, вызвал у него досаду.

— Должна быть причина, — тихо сказал он. — Ты…

Второй год учебы в Ульгрейме магистр Кайндорф задает мне подобный вопрос. И не надоело ему?..

— Наставник, — спокойно перебила я его, — вы что-то имеете против техномагии?

Удар подлый, но я, честно говоря, слишком устала.

Почему бы им всем не оставить меня в покое? Какое вообще есть до меня дело окружающим, если мне до них — ну совершенно никакого?! Душеспасительные беседы с родственниками и наставниками давно не вызывают ничего, кроме зубовного скрежета.

Я же не отказываюсь учить все, положенное некроманту. Какое им дело, что я не практикую?!

— Если бы я имел что-либо против техномагии, боюсь, меня супруга на шестеренки разобрала бы еще в первый год знакомства, — нервно хохотнул он и сощурил зеленые глаза. — Если это гораздо раньше не сделала бы ее бабушка.

Небрежно пожала плечами. Семейные отношения моего преподавателя меня не волновали ни в коей мере.

— Ясмира, все знают, что у тебя есть проблема, — решил, видимо, зайти с другой стороны он.