Механическое приданое. Дочь коллекционера

Подъехавший к воротам родового имения паромобиль дядюшки Джошуа я заметила сразу. За последние три года окно моей спальни вообще стало моим любимым и, можно сказать, единственным развлечением. А что еще прикажете делать в пригороде Верегоса в имении, что стало моей тюрьмой, кроме как неотрывно смотреть в окно и вздыхать о своей незавидной участи. Еще три года назад моя жизнь была яркой и насыщенной, и лишь один эпизод разбил ее в пух и прах. Дядя Джошуа, который сейчас бодрой походкой шагал по каменной дорожке к крыльцу имения, любил твердить, что мне невероятно повезло: король Аврании Георг 17 благоволил моему покойному отцу за его преданную службу, за что я и получила столь мягкое наказание, как отлучение от двора и ссылку в собственное имение. Для дяди это наказание было мягким – для меня же настоящей пыткой. Порой мне казалось, что уж лучше бы меня казнили на городской площади. По крайней мере, дни не тянулись бы так долго, сменяясь один другим в бесконечной унылой череде.

Что же я натворила? Всего лишь пыталась отстоять свою честь и достоинство единственным казавшимся мне тогда верным способом – сражением на дуэли с оскорбившей меня дамой. И откуда же мне было знать, что король будет так суров к придворным дамам, решившим выяснить отношения при помощи оружия? В тот день я поняла, что живу в абсолютно несправедливом мире, где мужчинам дозволено отстаивать свое достоинство посредством драки на дуэли, а женщинам – нет. А самое обидное, что я выиграла наше короткое сражение, которое должно было продлиться до первой капли крови. Правда, все вышло не совсем так, как я планировала, ведь холодным оружием я владею намного хуже, чем огнестрельным. В результате нашей дуэли, которую, как оказалось, прочие дамы сочли обычной шуткой или театральной постановкой, моя соперница мисс Мелани Говард лишилась кончика своего аристократического уха. Помню, скандал вышел знатный. Сама пострадавшая вопила больше всех, обвиняя меня во всех грехах, хотя до этого с превеликим удовольствием и свойственным ей высокомерием согласилась на дуэль. Радует лишь одно – наказания удостоилась не только я. Моей сопернице тоже досталось. Правда ее высокочтимые родители быстренько спихнули дочурку замуж за какого-то престарелого барона с южных окраин Верегоса. Мне же выпала еще более печальная участь – доживать остаток своих дней в унылом семейном склепе, как я именовала свое имение, без возможности покидать его.

Никто из прежних знакомых ни разу не навестил меня. Один лишь дядя Джошуа оставался верен себе – изредка наведываясь в имение и читая мне морали о недостойном поведении. Но и этим отнюдь не веселым визитам я была искренне рада, ведь они хоть как-то скрашивали мое одиночество.

Входная дверь распахнулась, и я со всех ног бросилась встречать своего единственного родственника, который также являлся моим опекуном.

– Дядюшка Джошуа! Как я рада, что вы приехали! – кинулась я в объятия невысокого мужчины плотного телосложения. Сюртук дядюшки затрещал по швам, едва не оставив своего обладателя в исподнем, за что я тут же получила от опекуна нагоняй.

– Урсула, – строго сказал он, отстраняясь. – Ты ведешь себя, словно деревенщина! Разве, порядочные леди кидаются на шею мужчинам?

Эх, мне бы сюда хоть одного единственного мужчину, я не то, чтобы ему на шею кидалась… От скуки и к воспитанным леди в голову приходят всякие непристойные мыслишки!

Говорить об этом дядюшке я, конечно же, не стала. Лишь опустила взгляд в пол и горестно вздохнула. Эх, не видать мне любви, которая и так большая редкость у людей такого высокого происхождения, как у меня, ни мужа, ни детей. И если о наличии супруга, я не особо сожалела, то о возможности испытать радость материнства искренне печалилась. Но ни один мало-мальски подходящий мне по статусу аристократ не согласился взять в жены дуэлянтку. А ведь дядюшка в первое время старался пристроить меня. Но, к сожалению, в этой ситуации моей сопернице и другу по несчастью – мисс Мелани Говард – повезло больше: у ее семьи были деньги, потому Говардам удалось выдать дочь замуж (догадываюсь, что сумма приданного сильно превышала норму). А вот у моей семьи с финансами всегда были проблемы, потому я и осталась в имении в гордом одиночестве. Отец увлекался всякими старинными штучками, тратя на них все сбережения. В результате после гибели родителей мне досталось имение с кучей старинных книг и коллекция механических изделий из старого мира. Никому не нужный бесполезный хлам!

В подтверждение моих слов дядюшка Джошуа спросил:

– Весь тот старинный мусор, что собирал мой покойный брат, все еще в имении?

– А куда же ему деться? – спросила я.