Мечтать полезно, милый босс! (СИ)

— Еще разок, помедленнее. Я должен принять вас на работу, потому что это место прекрасно подходит программе вашей прокачки? Поправьте, если я что-то понял неправильно.

Игорь Валентинович не выглядел раздраженным — скорее озадаченным. Он все никак не мог поверить, что девушка говорит серьезно. А так все хорошо начиналось: пришла, произвела впечатление спокойной и ответственной, об опыте работы в регистратуре поликлиники рассказывала без нервов и претензий — а это Игорь посчитал добрым знаком. И вот когда он уже определился, что берет ее на должность секретаря, девица начала заливать такое, что ему с каждой секундой становилось все непонятнее и одновременно смешнее.

— Не совсем так! — Катюша легко отмахнулась. — Давайте я с самого начала все вам расскажу.

— Не надо! — на всякий случай испугался директор. Он посмеяться любил, однако слишком много смеха жизнь-то продлевает, но работать мешает.

— Надо, — уверенно успокоила Катюша своего будущего начальника. — Я вам сейчас все так расскажу, что вы сразу захотите меня принять на работу.

Игорь откинулся на спинку стула, упер руку в подлокотник и задумчиво водил пальцами по подбородку, тем самым скрывая улыбку. Он тут вообще-то грозный боссище, негоже сразу человечность демонстрировать. Хотя эту он на работу все равно теперь не примет, так что ничего страшного, если она заметит, что он едва держится от хохота.

— Все началось с того… — загадочным голосом сказочницы из детской телепрограммы вещала Катюша, — что он назвал меня «женщиной»!

— Кто? — Игорь задал вопрос и тут же о нем пожалел. — Климов?

— Да при чем тут Климов? — несколько раздраженно развела руками Катя. — Вы меня вообще, что ли, не слушаете?

— Простите, простите, — съязвил он. — Продолжайте, больше отвлекать ерундой не буду.

Катюша вмиг успокоилась:

— Так вот. Стоим мы с подругами на входе в ночной клуб, очереди ждем. А сзади другая компания подходит, у них вроде как проход в вип-зону вне фейс-контроля. Ну, это для истории значения не имеет, не обращайте внимания! — она отмахнулась, как будто Игорь вообще собирался обращать внимание на эту историю. — В общем, мы им путь загораживали. Вот они и попросили пройти.

— Нахамили? — Игорь все никак не мог уловить смысла.

— Нет, конечно! С чего вы взяли? — удивилась Катюша. — Вежливые, приятные люди! Просто попросили. Один такой голосочком елейным мне в спину и протянул: «Женщина, позвольте пройти». Представляете?

— Вообще нет, — честно признался Игорь Валентинович. — Я такие жуткие истории только в передаче «Человек и Закон» слышал. Как вы смогли такой стресс пережить?

— Шутите, да? — догадалась Катюша, но сдаваться пока не собиралась и потому терпеливо пояснила. — Он меня «женщиной» назвал!

— Стесняюсь спросить, — Игорь уже почти в голос ржал, что сильно портило его образ холодного железобетонного начальника, — а обычно вас незнакомцы за мужчину принимают?

Катя тяжело вздохнула и закатила глаза. Не очень приятно будет работать на умственно отсталого, но что поделаешь? Ей несложно ему на двух пальцах и по десятому кругу объяснять:

— Мне двадцать пять, Игорь Валентинович! Это лет триста назад я была бы уже матерью пятерых детей и пары внуков!

— Матерью внуков?

— Да не придирайтесь к терминам! В двадцать первом веке женщинами называют тех, кто уже всё, не котируется! Не замечали, что подтянутых спортивных див только девушками зовут? Ей тридцать восемь, Игорь Валентинович, а все девушка! Не женщина и уж тем более не баба какая, а девушка, потому что язык не повернется так конфетку обозвать. Да я сама таких пару знаю, загляденье! Понимаете теперь?

— Понимаю, но лучше бы обошелся без этого понимания, — признал мужчина. — Давайте уже ближе к делу, Екатерина. Какая связь между тридцативосьмилетними конфетками, Климовым и, самое главное, мной?

— Ну наконец-то, конструктив попер, — обрадовалась Катя. — Вот именно тогда что-то в моем мозгу и перемкнуло…

— Это я вижу, — перебил он. — И уже не надеюсь, что разомкнет. Вы продолжайте.

— Продолжаю, — с нажимом сказала Катя. — Продолжаю, несмотря на ваш неуместный сарказм! Перемкнуло меня основательно, самый настоящий кризис полного переосмысления. Как будто до того дня я в сказке какой-то жила и тут бац, попаданка в реальный мир. Понимаете?

— У меня совещание через полтора часа. А так хотелось бы дослушать эту историю хоть до какого-то финала.

Катя поняла его просьбу и теперь затараторила быстрее:

— Мама всю жизнь мне твердила, что нельзя ни под кого подстраиваться. Что все эти мини-юбочки, реснички нарощенные, спортзалы с гантельками — это для тех, кто из себя ничего не представляет. А человек сам по себе ценность. Хоть как его выряди, ценность его от этого не меняется.