Материальное положение, сущность и сознание "среднего класса" в России

Существует ли в России "средний класс"? И если да, то почему о нем так поспешно забыли те, кто больше 10 лет говорил о нем, не переставая? Каково его экономическое положение в обществе? Из чего складываются его потребности? Какие проблемы определяют настроения средних слоев? Как соотносятся потребности "среднего класса" с установившейся системой отношений? И как поведет себя "средний класс" дальше?

Во времена Ельцина было принято много писать и говорить о "среднем классе". Он объявлялся "опорой демократии". Рост его численности должен был служить подтверждением правильности избранного экономического курса. Конечно, в то время как десятки миллионов жителей России едва удерживались на пороге голодной смерти, спасая свое существование натуральным хозяйством, все кто хоть как-то стабильно получал зарплату, могли быть причислены к "среднему классу". Однако это не значит, что за провозглашенным созданием "среднего класса" никто не стоял.

В ходе капиталистических преобразований в 1990-е годы рухнули целые отрасли, когда-то считавшиеся становым хребтом советской экономике. Но в тоже время образовались новые хозяйственные сектора, прежде всего связанные с торговлей и банковской сферой. Занятые в них люди оказывались в относительно хорошем материальном положении. И если бывших инженеров ставших продавцами на рынке или малыми предпринимателями нельзя было назвать выигравшими от реформ в чистом виде, то, пользуясь линейкой доходов, наречь проигравшими их тоже было непросто. Сотрудники банков и вовсе казались победителями.

Все эти социальные группы, начиная от наемных работников выживших и возникших в ходе неолиберальных реформ областей и заканчивая кругами мелкой буржуазии, объявлялись правительством "средним классом". Они действительно кое-что приобрели в ходе произошедших перемен: открылись условия для карьеры в новых институтах, появилась возможность ездить отдыхать заграницу, хлынувший в страну поток товаров создавал ощущение изобилия у тех, кто мог их покупать. Но главное, состояло в ином. Представители востребованных на рынке профессий сами ощущали себя средними слоями общества. И хотя по своему материальному положению эти люди были подчас далеки от понимания "среднего класса" в западном варианте, они не ощущали здесь никакого самообмана. Царившая вокруг нищета только усиливала в них почтение к собственной успешности.

"Средний класс" - не социальная, а экономическая категория. Верхние, нижние и средние классы в риторике буржуазных мыслителей не идентичны марксистским общественным классам, которые определяются по месту группы людей в определенной исторически системе общественного производства. Классы различаются в зависимости от отношения их к средствам производства, роли в общественной организации труда. Категория "общественных классов" соединяет в себе два процесса: создание и распределение материальных благ. От того какую роль играет здесь та или иная группа людей зависит ее классовая принадлежность. "Средний класс" - это определенный слой общества, объединенный только одним показателем: материальным положением. К нему могут быть в равной мере причислены и представители буржуазии, и наемные работники. По сути, "средний класс" очень удобная для капитала категория, но отрицать его существование в социальной природе было бы несправедливо.

Дефолт августа 1998 года и последовавший за ним экономический подъем принес в жизнь российского "среднего класса" серьезные перемены. Обвал рубля, последовавший за крушение пирамиды долговых обязательств, потерявшего платежеспособность государства похоронил большую часть "успешного поколения реформ". Разорились многие малые и средние предприятия, из банков выжили тоже далеко не все. Многие люди, считавшие себя победителями, оказались на ступени ниже. Вместе с этим начавшийся рост промышленного производства и последовавшее за ним оформление российских монополий принесли немало серьезных перемен.

В первые годы нового века экономика России ожила по-настоящему. Растущие и возрождающиеся отрасли создали миллионы новых рабочих мест. Хронические невыплаты зарплаты стали для многих постепенно уходить в прошлое, а материальное положение трудящихся начало меняться к лучшему. В этих условиях существенно вырос и "средний класс". Он оказался уже несколько иным по своему составу, но факт расширения "опоры демократии" почему-то не вызвал бурных восторгов среди теоретиков и практиков капитала.