Машина порядка

Российское интеллектуальное сообщество постоянно утверждает, что у России нет проекта, то есть видения будущего, программы развития, которую она могла бы предложить странам СНГ. Дескать, поэтому Белоруссия, Украина и Казахстан не стремятся к интеграции с Россией, пытаются дистанцироваться от нашей страны.

Однако дела обстоят хуже, чем принято думать. Россия влияет на постсоветское пространство. Однако это влияние проявляется не в притяжении, а в отталкивании. Россия генерирует поле отчуждения. Элиты СНГ готовы заключить союз с кем угодно, лишь бы не с Россией. Увы, за последние полтора-два года из государства — морального лидера, возглавляемого харизматическим Путиным, на которого с надеждой взирали народы бывшего СССР, Россия превратилась в носителя антипроекта.

Что такое антипроект и почему он вызывает отторжение? Россия — единственная страна СНГ, которая отказалась от строительства национального государства. Наша страна является лишь окровавленным обрубком СССР, официальной идеологией которого остается «многонациональность». Это не так забавно, как кажется. По сути, это означает сохранение безгосударственного статуса русского народа, которому единственному из народов бывшего СССР отказано в национальном самоопределении.

Естественно, что остальные страны СНГ как самоопределившиеся национальные государства стремятся дистанцироваться от подобного государственного образования. Ибо Российская Федерация по природе является коллапсирующей империей, то есть государством, которое живет за счет эксплуатации «стержневого народа» (именно русских), планомерно двигаясь от распада к распаду по мере уменьшения сил и численности русского народа. Продолжающееся сокращение численности русских по миллиону в год — тому порукой. Можно создать сколь угодно эффективную «вертикаль власти», однако она не будет работать, коль скоро не будет людей, на которых она могла бы опереться.

Сегодня можно говорить с высокой степенью вероятности, что Сибирь и Дальний Восток выйдут из-под контроля Кремля. Порукой тому — валообразный рост китайской торговли с этими территориями. «По предварительным данным за 2005 год, торговый оборот увеличился по сравнению с 2004 годом на 56 процентов и составил 1293,4 млн. долл. США. В результате Китай продолжает лидировать среди внешнеторговых партнеров Приморского края». Аналогичная ситуация и с китайской торговлей с регионом в целом. Причем Дальний Восток и Сибирь (как и вся Россия) выступают в роли сырьевого придатка растущей китайской экономики: «В прошлом году товарооборот вырос на 37,1 %, превысив $29 млрд. Но при этом доля топливно-сырьевой группы, по данным главы МЭРТ Германа Грефа, возросла с 84,2 % в 2004 году до 88,5 %. Мы почти перестали поставлять в Китай товары машиностроительной группы, зато Китай ворвался на российский рынок со своими машинами и оборудованием, доведя их долю в экспорте в Россию почти до 20 %».

Учитывая географическую близость Китайской Народной Республики к территориям Сибири и Дальнего Востока, огромное население КНР, а также бурный рост внешней торговли, в ближайшие годы большая часть экономики региона будет переориентирована на Китай (если только в КНР не произойдет политических катаклизмов, результатом которых станет торпедирование роста экономики). А кто контролирует экономику, контролирует и политику. Этот тезис верен, поскольку непонятно, как Россия может силой помешать китайскому проникновению на Дальний Восток, и не видно альтернативы усиливающемуся экономическому влиянию КНР в регионе, которое рано или поздно перерастет в политическое. Таким образом, возникнет ситуация, при которой регион окажется как минимум автономным от Москвы, поскольку основные интересы его населения будут связаны с крупнейшей в мире экономической зоной, которая складывается сейчас вокруг Китая из. государств Юго-Восточной Азии.

Экономика России продолжает сохранять сырьевой характер. Больше того, экономическая специализация РФ в качестве экспортера сырой нефти и газа только усиливается (что ясно видно на примере российско-китайской торговли). Это закрепляет в России господство компрадорского капитала, основанного не на инновациях, а на эксплуатации сырья и населения страны. Господство же сырьевого капитала автоматически ведет к образованию специфического политического режима, свойственного странам третьего мира. Его основная черта — авторитаризм. Больше того, в последний год он все более демонстрирует дрейф в направлении тоталитаризма.