Мари Лансель. Дилогия

Ничто не предвещало Пьеру неудачный день. Казалось, что всё в этой жизни наконец-то идёт по тому великому плану, который он себе расписал, когда, оставив обучение в Сорбонне на юридическом факультете, перебрался жить в Лондон, чтобы оказаться ближе к любимой кузине Эвелин.

Эвелин, после неудачного брака с лордом, который неожиданно сменил сексуальную ориентацию и тайно обвенчался на Кубе с молоденьким пареньком, окончила престижный королевский колледж искусств и открыла художественную галерею в самом центре Лондона, в элитном квартале Mayfair.

Эвелин, по доброте душевной, во всём поддерживала Пьера, с которым её связывали не только лишь одни родственные узы, но и особая привязанность – первая юношеская любовь.

Приехав в Лондон, Пьер с полгода слонялся без дела, а после решил заняться кино. После нескольких неудачных проектов, он мало верил в свой успех, пока не получил невероятное письмо. К моменту получения судьбоносного письма, сценарий к заказанному фильму уже лежал на столе, в его кабинете; в офис его доставил курьер днём ранее. Некий человек – таинственный незнакомец, пожелал оставаться в тени, и просто перевёл на счёт фирмы Пьера Дюриса солидную сумму, чтобы Пьер смог осуществить проект и запустить кинопроизводство.

Каждый день на протяжении подготовительного периода к съёмочному процессу, Пьер непрестанно благодарил Господа Бога за посланный ему удивительный шанс и даже назначил регулярные отчисления в пользу католической ассоциации для оказания помощи сиротам, чтобы отчитаться перед Всевышним Владыкой за ту невероятную удачу, которая так неожиданно его одарила.

Съёмки благополучно начались, и всё шло отлично, – лучше и не придумаешь! Но в то прекрасное безоблачное утро раздался тот самый телефонный звонок, который всё в корне изменил:

– Она пропала, уже второй день её нет на съёмочной площадке, и мобильный телефон отключен!

Звонил ассистент продюсера со съёмочной площадки. Пьер абсолютно не знал, как воспринимать эту информацию, он был потерян и думал только о том, как же он будет отчитываться перед таинственным Харри, о существовании которого известно только ему. Ведь главным условием Харри было участие актрисы Мари Лансель в этом фильме. Именно она должна была сыграть главную женскую роль, и никто другой просто не сможет её заменить.

– Случись непоправимое – всё пропало! Пропал фильм, пропала прекрасная жизнь, которая так и не началась… Пропал и сам Пьер!

Угнетающие мысли безудержно завладевали раскалённым сознанием француза. Самое лучшее, что смог придумать потомок генерала, служившего у самого Наполеона Бонапарта по материнской линии, чей прапрадед служил у корсиканца, это выпить шотландского виски, и как можно быстрее.

О том, откуда взялись большие деньги на кино, Пьер не говорил даже Эвелин, и теперь, принять решение было нелегко; ведь именно ей он привык звонить в самых безвыходных ситуациях.

Пьер всегда отмечал, что в небольших дозах алкоголь придавал ему недостающей смелости. Так и теперь, несколько глотков янтарной жидкости мгновенно наградили свежестью, и внезапное смятение отступило на несколько шагов в тень: всё вокруг вновь стало лучистым и безоблачным. Пьер решил действовать самостоятельно и не сообщать Харри ничего, пока всё не проясниться.

– Срочно отправьте кого-нибудь на квартиру к мадемуазель Лансель!! Не могла же она провалиться сквозь землю, в конце концов!

Отдав приказ по телефону своим ассистентам, Пьер, неожиданно для себя самого, смог констатировать, что ему очень идёт роль властного человека, способного решить любые проблемы. На миг, он даже обрадовался этому исчезновению, и уже воображал себя триумфатором, нашедшим пропавшую артистку и сумевшим разрешить дилемму без чьей-либо подсказки.

– Ещё лучше, если я сам подъеду и проконтролирую что там твориться, – подумал Пьер, наливая себе новый стакан виски. Волна адреналина сошла на нет, и страх вновь обуял француза, рисуя всевозможные сценарии при самом худшем исходе. Через несколько минут идея ехать в квартиру к Мари показалась ему абсолютно нелепой, и он решил закрыть офис и поехать к себе, чтобы принять ванну и подготовится к вечеру в галерее в Эвелин, у которой намечался вернисаж-открытие новой выставки.

– Съёмки приостановлены до завтрашнего утра, а к этому времени всё, скорее всего, наладится, – подумав так, Пьер спустился на лифте из офисного здания и решил прогуляться домой пешком, чтобы развеяться и избавиться от угнетающих мыслей.