Мантык-истребитель тигров

В сознание людей тигр вошел как «владыка джунглей». На всех видевших его в естественной обстановке этот зверь производит огромное впечатление. Охотники на тигра признают его грозным противником. Его сила стала нарицательной. Так, знаменитого французского политического деятеля Ж. Клемансо за его сильный характер называли «тигром». В годы второй мировой войны наиболее мощные немецкие танки именовались «тиграми». Словом, понятие тигр ассоциируется у человека с представлением о чем-то грозном, могучем.

В силе тигра никто и никогда не сомневался. Мнения о характере этого зверя диаметрально расходились. Одни считали его коварным, кровожадным и вредным хищником, которого нужно истреблять. Другие — добродушным и даже полезным животным, которое следует охранять.

Известный немецкий естествоиспытатель Карл Фохт писал: «…для истребления такого лютого врага человека все средства, конечно, хороши…»[1]. В монументальном труде русского специалиста по охотничьему промыслу А. А. Силантьева говорилось: «Это столь вредный для скотоводства, опасный и вообще неприятный для местного населения член фауны, что стараться избавиться от него всеми способами будет далеко не лишним»[2].

Русский зоолог К. А. Сатунин полагал, что тигр «является олицетворением хитрости и коварства и является самым ужасным и кровожадным хищником…»[3], а доктор биологических наук В. Н. Шнитников дал ему следующую характеристику: «…свиреп, кровожаден и дик, но вместе с тем в высшей степени недоверчив, коварен, хитер и осторожен»[4]. И даже в книге, изданной совсем недавно, в 1966 году, тигра называют «кровожадным»[5].

Эти и многие другие авторы приводили убедительные факты, подтверждающие, что тигр — зверь вредный: он режет скот и убивает людей. К тому же, утверждали они, этот хищник проявляет какую-то особую кровожадность и поразительное коварство, так что истреблять его просто необходимо.

Сторонники другой точки зрения, основываясь на столь же убедительных фактах, напротив, считали, что все это — преувеличение, что тигр никогда первым на человека не нападает, а скот уничтожает редко; по характеру скорее добродушен и благороден, нежели коварен. Знаменитый русский путешественник и зоогеограф Н. А. Северцов еще в 1855 году писал, что мнение о кровожадности и необычайной свирепости тигра — неудачная выдумка[6]. Познакомившись с тигром в естественной обстановке, известный в свое время туркестанский охотник Е. Т. Смирнов отмечал: «Это не лютый зверь, опоэтизированный в наших народных баснях и сказках, а скорее кроющаяся кошка, которая показывает свои страшные когти и зубы только для защиты собственной шкуры»[7].

Директор Сихотэ-Алиньского заповедника Л. Г. Капланов писал: «Уссурийский тигр стоит на грани полного уничтожения. Между тем его не только можно, но и нужно сохранить в составе дикой фауны…»[8]. Примерно то же говорит и английский охотник-натуралист Д. Корбетт: «Тигр — великодушный джентльмен беспредельной храбрости. Если он будет истреблен… Индия обеднеет, лишившись прекраснейшего представителя своей фауны»[9].

В течение длительного времени господствовала первая точка зрения, и только с середины нашего столетия начинает брать верх вторая. Во всяком случае, сейчас уже признана необходимость охраны тигра и у нас и в некоторых зарубежных странах.

Ну, а как же быть с фактами нападения на человека? Что делать с тиграми-людоедами? Все же неясно, кто он — коварный убийца или джентльмен джунглей? Ибо вопрос об охране не решает поставленной проблемы: ныне признано необходимым в интересах науки сохранить все виды животных, в том числе и хищников, хотя бы в небольшом количестве.

На все эти вопросы мы постараемся ответить.

В XIX веке тигр обитал в Малой Азии, Месопотамии, Иране, Афганистане, Индии, Бирме, Индокитае, Малайе, на Больших Зондских островах, в Китае и Корее. К середине XX века численность этих животных на земном шаре резко сократилась как в результате прямого истребления, так и вследствие вырубки лесов и уничтожения больших массивов тростников. В одних странах, таких, как Турция и Ирак, тигр истреблен, в других — в Иране, Афганистане, Корее — стал редкостью. Достаточно сказать, что в КНДР осталось всего сорок-пятьдесят тигров[10].