Манолито Очкарик

Рождению Манолито Очкарика — одного из самых популярных персонажей современной испанской детской литературы, покорившего весь мир, — мы обязаны таланту и смелости Эльвиры Линдо (1962) — писательницы, журналистки, драматурга.

Автор многочисленных радио-, телевизионных и киносценариев, эссе, детских книг, Эльвира Линдо создала Манолито для радио, где сама же и озвучивала своего героя.

Популярность Манолито огромна — не остановившись на блестящей радиокарьере, с 1994 года Манолито Очкарик становится книжным героем, и его жизнеописание умещается теперь в шести книгах — одна другой смешнее. О нем снято два фильма.

В 1998 году Эльвира Линдо была награждена за свои книги о Манолито Государственной премией Испании в области детской и юношеской литературы.

Эмилио Урберуага родился в Мадриде в 1954 году. «Кем я только ни был», — говорит он сам о себе: и банковским служащим, и продавцом, и курьером, и штамповщиком. Теперь он с огромным успехом занимается книжной иллюстрацией, рисует плакаты. Именно он создал графический образ Манолито Очкарика, персонажа, придуманного Эльвирой Линдо.

Некоторые из проиллюстрированных им книг переведены на французский, итальянский, немецкий, голландский, финский, английский, японский и корейский, а теперь уже и русский, языки.

Наверное, редкий переводчик не мечтает о такой книжке — написанной удивительно легко, но при этом невообразимо трудной для перевода, потому что львиной долей своего обаяния она обязана именно языку, интонации, точно подобранному слову, неожиданному столкновению стилистических регистров. Не случайно член Королевской академии испанского языка Эмилио Лоренсо посвятил целую статью языку Манолито Очкарика! А другой академик, Антонио Муньос Молина назвал Манолито «хронистом современной речи». Невообразимый винегрет из рекламы, голливудских фильмов, телевизионных новостей, маминых разговоров с соседками, дедушкиных прибауток, школьного сленга и шаблонных фраз из мельком пролистанных учебников расцвечивает речь Манолито таким буйством красок, что самые обыденные вещи начинают казаться фантастическими. Такими, какими их видит восьмилетний мальчик эпохи масс-медиа, пытающийся соотнести между собой реальную и телевизионную действительность.

Круглые очки с толстенными стеклами, сквозь которые Манолито наблюдает за тем, что происходит вокруг, как настоящая лупа, позволяют увидеть «мелочи жизни» в неожиданно крупном масштабе и разглядеть в них множество несуразностей, на которые взрослые уже давно перестали обращать внимание. По наблюдению Муньоса Молины, именно этим пристальным вниманием к повседневности и полным отсутствием фантастики «Манолито Очкарик» отличается от большинства детских книг, в которых «обычно отдают предпочтение далеким краям и временам, которые не значатся ни в каких календарях».

Перевод двигался медленно, но, в конце концов, Манолито, благодаря другим переводчикам уже умело изъясняющийся на нескольких языках, согласился заговорить и нерусски. Как без ложного пафоса сказал бы он сам: «Может, ты не поверишь, но это, кажется, был мой самый счастливый вечер на планете Земля».

Вообще-то меня зовут Манолито Гарсия Морено, но попробуй загляни в наш квартал и спроси первого встречного чувака:

— Не скажете, где тут живет Манолито Гарсия Морено?

Одно из двух: чувак или пожмет плечами, или выдаст что-нибудь вроде:

— А я почем знаю!

Потому что под именем Манолито Гарсия Морено меня не узнает даже мой лучший друг Ушан Лопес. Конечно, от него только и жди какой-нибудь подставы, или свинства, или самой что ни на есть свинской подставы, да еще и с большой буквы, но все равно он мой лучший друг и самый клевый чувак.

У нас в Карабанчеле (это мой квартал, если я тебе еще не сказал) меня все знают как Манолито Очкарика. В смысле, все, кто вообще меня знает. Те, кто со мной не знаком, не знают даже про то, что я с пяти лет хожу в очках. Ну и фиг с ними, сами не знают, что теряют.

Манолито меня назвали в честь папиного грузовика, а грузовик назвали Манолито в честь папы, потому что моего папу зовут Маноло. А папу назвали Маноло в честь его папы, ну и так далее, до самых что ни на есть доисторических времен. Короче, первого динозавра-велоцираптора звали Маноло. Это я на случай, если Стивен Спилберг не в курсе. И так до последнего Манолито Гарсия, а это и есть я, распоследняя мартышка. Это меня мама так называет. В особо торжественных случаях. Только ты не подумай, что она изучает, как человек произошел от обезьяны. Обычно она так говорит, когда вот-вот засветит мне оплеуху или подзатыльник. Меня жутко напрягает, когда она зовет меня мартышкой, а ее напрягает, что меня все во дворе зовут Очкариком. Короче, хоть мы и одна семья, напрягают нас совсем разные вещи.