Манеки-Неко

– Нет, я больше так не могу! – простонал брат.

Цуоши Шимизу, лежа на футоне, задумчиво поглядел на экран пасокона. Несчастное лицо его старшего брата изрядно раскраснелось и лоснилось от пота.

– Это всего лишь карьера, – напомнил Цуоши, садясь и расправляя смятую пижаму. – Не стоит принимать слишком близко к сердцу.

– Вечные сверхурочные, – пьяным голосом забубнил брат. – Корпоративные вечеринки – Он звонил из какого-то бара в квартале Сибуйя; на заднем плане суровая деловая дама средних лет фальшиво пела караоке. – И еще эти проклятые экзамены. Программы повышения квалификации менеджеров. Тесты на профпригодность. У меня просто нет времени на жизнь!

Цуоши сочувственно хмыкнул. Он не был в восторге от этих ночных звонков, но полагал, что обязан выслушивать сетования брата, который был весьма достойным человеком, прежде чем окончил эли– тарные курсы при Университете Васеда, получил место в крупной корпорации и обзавелся профессиональными амбициями.

– У меня язва желудка, – пожаловался брат. – И болит спина. Я катастрофически седею! Нет, они меня уволят, это точно. Как бы человек ни вкалывал, каким бы ни был лояльным, большим компаниям нынче наплевать на своих служащих. И ты еще спрашиваешь, почему я пью?!

– Тебе надо жениться, – посоветовал Цуоши.

– Не могу найти «половину». Женщины никогда меня не понимали, – брат пожал плечами. – Послушай, Цуоши, я в полном отчаянии, ситуация на рынке сбыта просто катастрофическая. Я почти не могу дышать! Да, надо все изменить, и я подумываю о том, чтобы принять обет… Нет, серьезно!

Я мечтаю отречься от этого ужасного мира!

Цуоши встревожился не на шутку.

– Сколько ты выпил?

Лицо брата резко заполнило экран.

– Хочу в монастырь, там тихо и спокойно! Читаешь вслух сутры, размышляешь о смысле жизни… Правила строгие, но разумные. Да, когда-то таким был и наш японский бизнес, в старые добрые времена!

Цуоши скептически хмыкнул.

– На той неделе я навестил одно заведение… Монастырь на горе Эсо, – признался брат. – Тамошние монахи хорошо понимают проблемы таких, как я, и оберегают нас от современной жизни. Ни компьютеров, ни мобильных телефонов, ни факсов, ни сверхурочных, ни производственных совещаний… Совсем-совсем ничего. Кругом лишь мир, покой, красота – и никаких изменений. Настоящий рай!

– Мой старший брат, – сказал Цуоши, – у тебя отроду не было ни малейшей склонности к религии. Ты не отшельник, а заведующий сектором крупной экспортно-импортной компании.

– Ну… Возможно, ты прав: религия меня не спасет. Я подумывал сбежать в Америку; в конце концов, там тоже ничего не происходит.

– Это уже лучше, – улыбнулся Цуоши. – Отличное место для каникул – ты заслужил отдых. Американцы очень милы и дружелюбны с тех пор, как там запретили оружие.

– Но я не смогу… – захныкал брат. – Я такого не вынесу! Как можно бросить все, что знаешь, и отдать себя на милость незнакомцев?

– Ничего страшного, поверь моему опыту, – ободрил его Цуоши.

– Почему бы не попробовать? – Жена Цуоши беспокойно зашевелилась на соседнем футоне, и он понизил голос: – Прости, но на сегодня все. Непременно позвони, когда примешь какое-то решение.

– Отцу ничего не говори! – забеспокоился брат. – Старик и так волнуется.

– Не скажу, – пообещал Цуоши, прерывая контакт, и экран потемнел.

Его жена, на восьмом месяце беременности, тяжело перекатилась на бок.

– Это снова твой брат? – спросила она.

– Да, его только что продвинули по службе. Больше обязанностей, больше ответственности. Брат как раз отмечает это дело с сотрудниками.

– Приятно слышать, – тактично сказала жена.

Цуоши встал поздно. В конце концов, он был сам себе хозяин и трудился тогда, когда удобно. Он занимался тем, что переводил старые видеозаписи на новейшие высокотехнологичные носители, а эта работа, если делать ее как следует, нуждается в глазомере истинного мастера. Молва об искусстве апгрейдера видеоформатов Цуоши Шимизу расползлась по Сети, и он брал столько заказов, сколько мог и хотел.

В десять утра явился почтальон. Цуоши пришлось прервать завтрак из похлебки мисо с сырым яйцом, чтобы расписаться за доставку очередного заказа: магнитные ленты двадцатого века с аналоговым сигналом. С той же почтой пришла корзиночка свежей клубники и пикули в маринаде домашнего изготовления.

– Огурчики! – счастливо вздохнула жена. – Люди так добры ко мне с тех пор, как я жду ребенка.

– Кто их прислал, как ты думаешь?

– Не знаю. Кто-нибудь из Сети.

Цуоши загрузил свой медиатор, почистил сверхпроводящие головки и проверил старые ленты. Магнитный слой сильно осыпался и частично утратил полярность.

Включив фрактальный генератор деталей и стабилизатор изображения, Цуоши приступил к работе с чередующимися алгоритмами. Когда он закончит, новые цифровые копии будут выглядеть гораздо четче, яснее и композиционно интереснее, чем примитивные оригиналы в свои лучшие дни.