Мама, я не твой сын

Многое передумал о своей жизни бывший детдомовец Дмитрий Кузнецов, пока лежал в реанимации. Времени было завались, «Войну и мир» хватило бы написать. А сейчас он шагал по длинному, полупустому коридору больницы, следом за пожилой медсестрой. Его переводили в обычную палату, но радости от скорого выздоровления особенной не испытывал. Небольшое предприятие, что у него было, прикрыли в связи с банкротством, друзья, а как теперь уже выяснилось, вовсе не друзья, отвернулись от него, подруга Люська, узнав, что он после ДТП в тяжёлом состоянии, куда-то моментально исчезла, даже не сказав своё любимое «Пока Димусик».

У палаты, под номером тринадцать, они остановились, медсестра, обратившись к нему сообщила:

– Вот тут теперь и поживёшь, милый. Комната просторная, на двух человек, сосед некурящий.

– Некурящий, это хорошо. – Выдавил из себя улыбку Дмитрий.

Дверь была приоткрыта, внутри никого не было. Они вошли, и женщина принялась перестилать постель, а он стал выкладывать в тумбочку свои немногочисленные вещи.

– Ну осваивайся. – Сказала она на прощание. – Сосед твой на процедурах, скоро придёт.

Новый жилец подошёл к подоконнику и посмотрел на улицу, там весна вовсю вступала в свои права, залюбовавшись цветущими яблонями, он не заметил, как в палату вошёл коренастый мужчина средних лет.

– Оба! А у меня знать сосед появился. – Дружески воскликнул он. – В шахматы играешь?

– Играю.

– Тогда заживём! – Обрадовался тот. – Меня Сергеем зовут. Сергей Лавров.

– Ну а меня, в таком разе, – пожимая руку соседу и постепенно отвлекаясь от грустных мыслей, улыбнулся новосёл. – Димой зовут. Дмитрий Кузнецов.

Рука нового знакомого неожиданно дрогнула и резко освободив её, он с вытаращенными глазами бухнулся на свою кровать.

– Иди ты!

– А что не так? – Удивился Дима.

– Понимаешь. – Медленно стал объяснять Сергей. – Лежал тут до тебя мужчина твоего возраста, твой теска, да ладно бы просто тёска, он ещё и твой однофамилец был. Тоже Дмитрий Кузнецов. Неделю назад помер…

В наступившей тишине было слышно, как в стекло окна назойливо бьётся муха. Какое-то время собеседники молча смотрели друг на друга.

– Да я не суеверный. – Успокаивая толи себя, толи своего нового знакомого, нарушил молчание Дмитрий. Потом присел на край кровати. Это странное совпадение, на самом деле, начинало его беспокоить и всё же стараясь говорить непринуждённо, спросил:

– И что с ним случилось?

– Он, понимаешь, видать шабутной мужик был, ну по пьяне и ввязался в драку, да на нож и напоролся. Операция, сказали прошла удачно, после реанимации его сюда поместили. А у него вдруг осложнение, воспаление ну и ещё какая-то хрень началась. Его на повторную, а там на операционном столе он и отдал богу душу.

– Невесёлая история. – Вздохнул Дмитрий.

– Да ты не переживай, он же не на этой кровати помер.

– А я и не переживаю. – Как можно спокойнее, ответил он.

В первую ночь, на новом месте, ему долго не спалось, всё ворочался с боку на бок, да изредка поглядывал на соседа, который беззаботно посапывал на своей кровати. Лишь под утро, кое-как уснул, провалившись в крепкий, глубокий сон. Через какое-то время, его неожиданно разбудил еле слышный телефонный звонок. Он сел в кровати, пытаясь обнаружить источник звука, и увидел блёклый свет из-под своего матраца, приподняв угол постели, взял в руки, теперь уже громко звонивший телефон и торопливо, чтобы не побеспокоить соседа, нажал кнопку приёма вызова.

– Алло. Я слушаю.

– Кто у аппарата? – Послышался строгий сипловатый мужской голос.

– Дмитрий Кузнецов. – Потирая свободной рукой глаза, ответил он, ещё окончательно не проснувшись.

– Ты что же это паршивец с матерью делаешь? – Гневно обрушился на него звонивший. – Она недавно инфаркт перенесла, её на этом свете только и держит надежда что ты приедешь, а ты шалопай, третий год глаз не кажешь. Мало я тебя крапивой драл в детстве за твоё хулиганство.

– Да я … Да он… – Пытался вставить хоть слово Дмитрий.

– Трубку матери передаю смотри не вздумай огорчить её. Нельзя ей волноваться. – Угрожающе закончил мужчина.

После небольшой паузы, из телефона послышался дрожащий женский голос:

– Митенька, сынок, что же ты совсем забыл меня старую. Нельзя же так. Каждый день тебя жду, а ты всё не едешь ко мне.

Дмитрий ошарашенно застыл с трубкой в руках, не зная, что говорить, а женщина, начиная ещё больше волноваться, торопливо продолжала:

– Обещай, что приедешь на следующей неделе. – В голосе её послышались слёзы, казалось ещё немного и она расплачется. – Обещаешь?.. Обещаешь!

Судорожно глотнув воздух, он неожиданно для себя, выпалил:

– Обещаю. – И спохватившись, торопливо добавил. – На следующей не получится, а вот через неделю приеду… Точно приеду…

– Вот и славно. Вот и хорошо. – Успокаиваясь произнесла женщина, по её голосу он почувствовал, что она улыбается. Вызов прервался, в телефоне послышались гудки, бессильно опустив руки, Дмитрий тупо уставился в пол.