Мальтийский крест

Я сама выбрала себе эту головную боль. Когда я разводилась с мужем, он сказал мне: «Ты еще пожалеешь!» Мой муж привык, что ничто само не уходит у него из рук: ни выгодный контракт, ни деньги, ни собственная непокорная жена. Но моему терпению пришел конец. Я собрала чемодан, оставив в шкафу лисью шубу, новое итальянское кожаное пальто и французские костюмы — пригодятся другой дурочке, соблазненной новым русским преуспеянием. Мне же надоело сидеть дома нарядной куклой, пока муж делал деньги любыми способами, как праведными, так и не очень. Меня он бешено ревновал и запрещал заниматься чем-нибудь, дающим интерес в жизни. Почти ежевечерние попойки с деловыми партнерами я не выносила и старалась уклониться под любым предлогом. Когда я поняла, что сыта этим по горло, я вернулась к родителям в тесноту крохотной квартирки. Скоро выяснилось, что мои сестры, которых мне пришлось потеснить, недовольны тем, как я распорядилась щедротами судьбы. Нужно было искать выход из положения, которое я сама себе создала.

Моя однокурсница, которая в отличие от меня не смогла удачно выскочить замуж и закончила педагогический институт, ныне гордо именуемый Университетом, дала мне бесплатный совет, каким уже довольно удачно воспользовалась сама. Она окончила курсы гувернеров и теперь воспитывала внука крупного промышленника. Мне сам бог этим велел заниматься, я-то ведь закончила четыре курса факультета иностранных языков до того, как сделала самую большую глупость в своей жизни. Курсы отшлифовали мое воспитание. Я теперь, не задумываясь, пользовалась столовыми приборами банкетной сервировки, могла вести светскую беседу и принимать гостей по всем правилам этикета и, конечно, воспитывать ребенка по европейской или американской системе и в любой религиозной традиции: православной, католической, протестантской и даже ознакомилась с основами мусульманства. Я записалась в агентстве гувернеров и с радостью дала согласие при возможности поехать работать в Москву. Оказалось, что москвичи ввели моду выписывать своим чадам гувернеров из Петербурга, это так изысканно — приобщится к петербургской культуре за весьма умеренную плату. Через несколько месяцев ожидания мне сообщили, что поступил запрос и я, кажется, подхожу. Это было как нельзя кстати, деньги мои подошли к концу, отец иногда устраивал мне переводы, но я практически сидела на шее у родителей. Я собрала чемодан с небогатым теперь гардеробом и отправилась в новую жизнь, где мне придется самой зарабатывать на кусок хлеба.