Маленький стрелок из лука

Вильям Козлов

Маленький стрелок из лука

Коктебельские камешки

Он лежал на спине, крепко сомкнув ресницы, и чувствовал, как весь без остатка растворяется в ослепительном южном солнце. Это было удивительное и приятное ощущение. Не всегда ему удавалось его вызвать. Для этого нужна полная отрешенность от всего мирского, нужно забыть про свое тело и не слышать ничего, даже ровного плеска легких морских волн, - кругом должно быть сплошное желтое безмолвие. Именно желтое, потому что солнце входит в тебя и наполняет густым золотистым сиянием. И самое удивительное - перед глазами начинали мельтешить крошечные солнечные существа, летающие на крошечных золотых ладьях. Солнечные человечки и их ладьи, напоминающие папирусные лодки индейцев, с высоко поднятым носом и кормой, сближались и снова расходились. Это была озорная праздничная пляска. Иногда ладьи начинали еще стремительнее летать и одновременно кружиться вокруг собственной оси, тем не менее не сталкиваясь друг с другом, иногда замедляли свой солнечный хоровод и не спеша, будто отдыхая, парили в золотом огненном море...

И вдруг все сразу кончилось. Померк желтый свет, исчезли человечки со своими золотыми ладьями, пришли, будто пробиваясь из плотного тумана, негромкие голоса, отдаленное добродушное ворчание лодочного мотора, сердитое шипение волны, неожиданно накатившейся на песчаный пляж, и совсем рядом мелодичный звон гальки, ожившей под чьими-то ногами.

Он уже знал, что больше ничего подобного не повторится. Сколько бы ни лежал на пляже и ни ждал, золотые человечки на золотых ладьях сегодня больше не появятся... Он отвернул голову от яркого солнца и немного приоткрыл глаза: высокая девушка не спеша удалялась по кромке берега в сторону причала. Сразу бросились в глаза длинные ноги, на узкую спину широкой волной ниспадали каштановые с бронзовым отливом волосы. Ей оглядывались вслед, но она, казалось, никого не замечала, лениво переставляя плотно пригнанные одна к другой ноги, шла у самой воды и смотрела на море. Лицо девушки он не успел разглядеть, видел лишь высоко поднятую голову и нежно очерченный овал лица. И еще тоненькие лучики черных ресниц.

Девушка прошла мимо и унесла с собой солнечных человечков с их ладьями и причудливым миром. Он ее здесь еще не видел. По-видимому, только что приехала в Коктебель, раз даже загореть не успела. Сам-то он за две недели, что прохлаждается здесь, успел обуглиться как головешка. Загар к нему быстро пристает. Из всей компании он самый черный. Конечно, все это ерунда, приедешь в Ленинград и не заметишь, как южный загар за месяц-два сползет. Да, собственно, что тут еще делать, если не загорать и не купаться? Коктебель - поселок маленький, никаких тебе развлечений, только пляж и море, да еще прогулки в горы. И все равно Коктебель ему нравится. Так уже повелось, что каждый отпуск он с друзьями выбирается сюда хотя бы на две недели. Здесь что-то еще сохранилось от дикого первобытного Крыма да и народу не так много.

Почувствовав, что пот щиплет глаза, он, упершись руками в гальку и оттолкнувшись, одним сильным махом встал на ноги. Несмотря на то что солнце порядком его расслабило, натренированные мышцы сработали безукоризненно. Он бросил взгляд в ту сторону, куда ушла девушка, и снова увидел ее. Она сидела на корточках у воды и перебирала гальку. Этим тут все занимаются: ищут куриного бога - это камень с дыркой - или разные полудрагоценные камешки. Правда, галька красива, лишь когда омывается морской водой.

Стоит сверкающий камень вытащить из воды - и он блекнет, бледнеет, теряя свои живописные краски и оттенки, точь-в-точь как окунь, пойманный на удочку.

Осторожно входя в холодную зеленовато-прозрачную воду - под ногами сплошные камни, - он подумал, что в этой незнакомке с бронзовыми волосами что-то есть, и, оттолкнувшись ногами от дна, поплыл. Сначала было такое ощущение, будто все тело наждачной бумагой натерли, даже заныло под ложечкой, но скоро он перестал чувствовать жгучий, пронизывающий холод. Из головы все не шла эта девчонка. Причем и не разглядел-то ее толком... Такая красотка долго не будет пребывать в гордом одиночестве... На пляже ее заметят быстро. Он оглянулся в ту сторону и увидел, что к ней уже подсел черноволосый мужчина. Он, кажется, из Молдавии, поэт, или драматург. Живет в одном из маленьких коттеджей Дома творчества. Юркий такой! Ни одной новенькой на пляже не пропустит. Вот и к этой уже прилепился... Наверное, про коктебельские камешки заливает!..