Маленький подарок Антона

Время шло, дети росли. Теперь днём в лесном доме почти всегда было тихо, потому что все, кроме Мортена, уходили в школу. Зато вечером, когда вся семья бывала в сборе, дом наполнялся смехом, разговорами, криками, шумной вознёй. Он к этому уже привык. Но сегодня в нём слышались какие-то необычные разговоры. Дом затаил дыхание и старался разобрать отдельные слова.

— Но ведь у меня нет даже нарядного платья, — сказала мама, — у меня есть только юбка с блузкой, а это слишком буднично.

— А где твоё старое нарядное платье? — спросил папа.

— Оно мне широко, и у него некрасивый воротник.

— Платье можно немного ушить, а из белого шёлка сделать новый красивый воротничок, — предложила бабушка.

От волнения она раскачивалась на табуретке, а дети прыгали вокруг папы и мамы. Духовой оркестр шофёров праздновал свой двадцатипятилетний юбилей и устраивал бал с угощением, музыкой и танцами. И маме очень захотелось пойти на этот праздник.

— Мама, — волновалась Марен, — ты непременно должна пойти, ведь это будет настоящий бал!

— А какие там, наверно, будут вкусные вещи! — сказал Мартин.

— И танцы! — вздохнула Марта.

— И музыка! — подхватил Мадс.

— И много знакомых! — добавила Мона.

— Ты нам потом целую неделю сможешь рассказывать об этом бале, — сказала Милли.

— Вам всем дадут смешные бумажные шапочки! — кричала Мина.

— А главное, и туда и обратно ты поедешь на автобусе, — сказал Мортен.

Но все дети говорили разом, и неудивительно, что дом ничего не мог разобрать.

— Ладно, ладно, если вам всем так уж хочется, я пойду на праздник, — согласилась мама.

На другой день мама отправилась в магазин и купила красивого белого шёлку. Бабушка вооружилась очками, ножницами, иголкой с ниткой и начала шить.

Марен выгладила мамино платье, папа уселся возле печки и принялся чинить мамины выходные туфли. Они были уже не такие нарядные и красивые, как в тот день, когда мама купила их. Мама вымыла волосы и с помощью бабушки и всех восьмерых детей накрутила их на тряпочки так, чтобы ни один волосок у неё на голове не остался незавитым.

Покончив с волосами, мама принялась гладить папин синий выходной костюм. Пиджак папе был чуточку узок, но если папа подтягивал живот, то пиджак можно было даже застегнуть на одну пуговицу.

— Бабушка, тебе придётся смотреть за детьми, — сказала мама.

— Я хотел попросить Хенрика и Хюльду помочь тебе, — робко вставил папа.

— Ну да, вы, конечно, думаете, что сама я не справлюсь! — рассердилась бабушка. — Вы считаете, что я уже ни на что не гожусь. Но вы ещё увидите. Можете спокойно отправляться на свой праздник!

Через два часа папа и мама были готовы.

Мортен смотрел и не узнавал маму: она надела какое-то чудное короткое платье, туфли на высоких каблуках, а вся голова у неё была в крупных локонах. Но папа заявил, что мама сегодня необыкновенно красива и похожа на молодую девушку. Мама была очень довольна.

Бабушка и восемь детей стояли у окна и махали им вслед. В этот день грузовик остался дома, потому что папа и мама поехали в город на автобусе.

Бабушка напекла вафель, сварила какао, дома было тепло, уютно и весело. Дети любили оставаться с бабушкой.

На улице стемнело, поднялся ветер. Маленькая лампочка тускло освещала двор, калитку и лес.

— Неприятно на улице, — заметила Марта.

— Бедные папа и мама, — сказал Мортен.

— Не бойся, там, где сейчас папа и мама, светло, тепло и красиво, — начала объяснять ему Мона. — Там играет музыка, все танцуют и веселятся…

— К нам едет автомобиль! — перебил её Мортен.

— Это не автомобиль, а ветер гудит! — сказал Мадс.

— Нет, автомобиль, — упрямо повторил Мортен, и все прислушались.

— Хм, кажется, ты прав. — Мадс подошёл к двери и распахнул её; все вышли на крыльцо.

— Автомобиль! И он едет прямо сюда! — закричала Марта.

— Кто-то сбился с дороги, — сказала бабушка.

Она напустила на себя равнодушный вид, но в глубине души была немного испугана: ведь ещё ни разу здесь вечером не проехал ни один автомобиль.

— Это, наверно, Уле-Александр со своим папой едут к нам в гости! — вдруг радостно воскликнула она.

— Нет, нет! Это не их автомобиль! Я их автомобиль хорошо знаю, — перебил её Мадс.

— Ладно, я самый старший, — сказал Мартин, — вы все должны меня слушаться. Бабушка и дети вернутся в дом, погасят свет и притворятся, что в доме никого нет. А мы с Мадсом спрячемся в грузовик и выясним, в чём дело. Если всё в порядке, мы вернёмся домой и зажжём свет. Лампочка во дворе пусть горит, а то мы не увидим, кто приехал.

— Хорошо, — послушно сказала бабушка; она была очень рада, что Мартин взял на себя роль старшего.

Они вошли в дом и погасили свет, потом унесли Самоварную Трубу в бабушкину каморку и накрыли её одеялом.

Шум автомобиля послышался теперь совсем близко. Внезапно сноп света осветил стволы деревьев. Они вспыхнули красным и снова исчезли в темноте. Наконец показался самый автомобиль. Два горящих глаза мчались к воротам. Ближе, ближе, ближе…