Маленькие человечки

Он лежал на животе, распластавшись и прижимаясь к белоснежной пеленке, ручки и ножки были полусогнуты и разведены по сторонам, как у лягушонка. Он был красным, под светом ламп. Он был совсем худенький, но тем не менее какой-то рельефный, как маленькая копия взрослого мужчины, загорающего на пляже. Меня поразила белизна волос, которая так контрастировала с загоревшим от ламп телом. Он совершенно не был похож на младенца, не было этой милой, присущей младенцам пухлости, складочек, это и давало впечатление худого взрослого мужчины, но это был младенец, ему было 3 дня. Он родился килограммовым, появившись на свет на 28 неделе беременности, 40 см.

Но его положения отягощало даже не это вынужденное раннее явление на свет, а то, что пропустив внутреннее бессимптомное кровотечение, врачи оставили его задыхаться всю ночь, приведя малыша к инсульту.

Я вечером почувствовала, что произошло что-то страшное, когда у меня резко опухли руки и ноги, щиколотка стала бесформенной и сравнялась размером с икроножной мышцей. И странно, прекратилось шевеление. На тот момент, я уже 2 недели лежала в реанимации с давлением 210, меня туда доставили по скорой. Бесконечно вливали магнезию, лучше немного становилось, и УЗИ патологий не показывало. Я надеялась, что обойдется. Нет, не обошлось.

Мне 40 лет, и мучаясь с давлением, я понимала, что выносить ребенка будет нелегко. Вести мою беременность почти во всех клиниках отказывались, ссылаясь на сложность моей ситуации. По месту жительства, толпиться в очередях не хотелось. Наконец, определилась с дорогой, очень нахваливающей себя клиникой, имеющей собственный роддом, с родами по договору, надеясь, в перспективе этот договор заключить. Меня причислили сразу к разряду самых сложных беременных, аргументируя, что лучше иметь патологию плода, чем такие проблемы со здоровьем матери. И, действительно, меня мучали постоянные кровотечения, увозили на скорой, лежание в коридорах в ужасных клиниках, где не выдержав, писала отказ и уходила. И даже наличие платных палат, в которые после коридора я переводилась, сильно дело не меняло, никакого комфорта и тоска. Еще запомнилось, как в одной из больниц, вытравливали пятимесячного ребенка в животе, так как здесь аппаратуры для спасения такого ребенка при вынужденном кесаревом не было. Травили, а он все не травился. Забегая вперед, хочу сказать, что как только я попала в больницу с давлением и мне сделали кесарево, эта дорогая клиника, где я наблюдалась всю беременность тут же открестилась от меня, и даже не отдали мою карточку с анализами, опасаясь моей гибели или гибели ребенка, не хотели портить статистику.

Я доходила до 26 недели. Прогресс. В последнее время кровотечений не было, и я чувствовала себя поспокойней. УЗИ было в норме, сообщили пол – мальчик! Я не хотела ребенка, так получилось. Так странно звучит, это в 40 то лет! Но вот так, и я против абортов. Пустила на самотек, будет как будет, но исправно пила назначенные кучи гормонов и вставляла свечи, сберегая эту тяжелую беременность. Прибавляла по 5 кг в неделю становясь неуклюжей жирной женщиной. Меня это очень угнетало, и вообще все меня угнетало. Я не хотела этих проблем на работе, которые конечно же тут же возникли. Моя жизнь кардинально изменилась. Наверное, это звучит очень цинично, так как многие мечтают о счастье забеременеть, а я вот так холодно пишу об этом. Но все всегда бывает в жизни по-разному. Главное, уметь признавать эту правду. Я ведь, имела уже ребенка десяти лет, девочку. Жили вдвоем, не испытывали материальных проблем и ущемлений, чувствовали себя абсолютно счастливыми. И вот, моя благополучная жизнь рушилась на глазах.

Я стояла дома, мыла посуду, в глазах пошли мушки. Я поняла – давление. Последнее время мучил гестоз, ходила, как холодец, все тряслось. И вот увезли, и после двух недель реанимации такой исход. Я ведь просила в тот вечер о помощи, понимала, что что-то не то. Пришел дежурный врач, ведь одиннадцать часов вечера, сделали КТГ – шевеление один раз было, а он уже в этот момент задыхался, просто дернулся, наверное. Оставили все на утро, и когда утреннее УЗИ показало, что случилось – побежали. Я выла, распластавшись на каталке, когда меня бегом везли в операционную. На мой вопрос, а что будет с ребенком, на меня отмахнулись: Какой уже ребенок! Вы, умираете! Я просила поставить в курс отца ребенка, они сопротивлялись, но все-таки звонок сделали, поставили перед фактом, что спасают меня.