Мажор 3: Милосердие спецназа

Одно могу утверждать смело. За последнее время во мне выработалась стойкая нелюбовь к подземельям. Да и за что их любить-то? Вы когда-нибудь напарывались на стадо мышей? В десяток особей, которые вовсе не против перегрызть вам глотку? Нет? Ну тогда вам меня не понять. И вообще я на солнышко хочу. И пофиг, что на солнышке сейчас минус сорок градусов по Цельсию. Всё лучше, чем вечный полусумрак коридоров. И этот светящийся мох. Кстати, учёные говорят, что местная живность вымахала до таких размеров именно из-за него. Что-то в нём такое есть, от чего все эти ящерицы и прочие грызуны, начали ставить рекорды роста и прожорливости.

И хорошо хоть больше ловить никого не заставляют. А то Балагур последний раз, как нормальный парень запутался в сети, которая, крепко зацепилась за огромадную двухметровую ящерицу, по которой «Парк Юрского периода» плачет горючими слезами, и устроил родео по городской площади. В результате два разрушенных здания, побитое вместе с тушкой самолюбие Вована и одна мёртвая рептилия. А что она против Олежки-Молота и его пулемёта может? Ну и остальные постарались… Короче, измочалили, бедную животинку в хлам.

Помнится, один из начальников учёной братии из свежего пополнения разорался на нас, что, мол, мы косорукие, от нас одни убытки, такой экземпляр не смогли захватить. Здания вон порушили и вообще нас под трибунал надо отдать. Ну я его и послал. Матом. Честно, думал, помрёт. Так его прям скрутило от слова святого. Может он из нечисти какой?

Покраснел, сипеть начал, ворот на себе рвать и давай опять орать. Ну вот что за жизнь? Нашли крайних. Ну я ему и сказал:

– Вы бы, мил человек, на своих подчинённых орали, а мне своего начальства хватает за глаза, – оно, кстати, не преминуло появиться, ну ещё бы, такой шум. Весь лагерь сбежался посмотреть.

– Да как ты разговариваешь со старшим по званию?

– Серьёзно? – усмехаюсь. – А где ваши погоны?

Ну а что? Он же в этаком комбезе-балахоне, даже если и есть погоны, их не видно. Так что нечего мне тут пургу гнать. Я, между прочим, раненый. Да. Палец на ноге ушиб.

– Сгною! – и давай в лицо слюной брызгать. Надеюсь не заразный.

– Что тут происходит? – рыкнул командным голосом Рогожин.

– А-а-а. Капитан, – припадочный учёный, тут же начал наезжать: – Это ваши подчинённые?

– Мои, – не стал отказываться командир.

– Ваши значит, – кивает и эдак грозно. – Ты что это распустил бойцов, капитан, мало того что они у тебя косорукие, так ещё и хамят старшим по званию. Матом.

– Матом? – удивлённо переспрашивает Рогожин. – Серьёзно? А что именно сказали?

– Вот этот старшина, – тычет в мою сторону пальцем, – послал. Так что требую его наказать.

– А куда послал? – заинтересовался капитан.

– Что? – растерялся учёный. И вспыхнув, рыкнул: – Да какая разница! Он офицеру нахамил!

– Не скажите, не скажите, – сокрушённо покачал головой Рогожин, – это очень важно. Я точно должен знать, куда это боец вас послал.

– Капитан, ты, между прочим, разговариваешь с полковником, так что не борзей, – и пальцем ткнул Рогожина в грудь, смертник.

– Но всё же, вы бы не могли уточнить, куда вас послал старшина, – на удивление спокойно продолжил настаивать капитан.

– На хрен, он меня послал! – не выдержав вежливого обращения, рявкнул полкан.

– Так в чём проблема? – добрым голосом вопросил Руслан. – Вы что дорогу не знаете?

– Ты! Ты! – начал закипать шибко учёный полкан и опять ткнул Рогожина пальцем в грудь. Ну точно смертник.

– Не тычь, хамло, – ухватив нервного оппонента за конечность, Руслан слегка повернул кисть. И глядя в перекошенное от боли лицо, поцедил сквозь зубы: – К слову сказать, погонов я не вижу, так что может полковник, а может прапор борзый. Так что если послали, иди. И не смей здесь орать. Вообще. Ни на кого. А то камень с потолка упадёт и по башке хряпнет. И не скули, будь мужиком, – отпустив растерявшего весь гонор учёного, грустно вынес вердикт: – Ну вот что вы за люди, как рисковать так вы учёные, ваша задача думать. А как орать, так вы сразу вспоминаете, что у вас есть звания. Уйди не доводи до греха.

– Тебе это с рук не сойдёт, капитан, – просипел, этот неадекват, баюкая пострадавший палец и бочком-бочком сделал ноги.

– Угу, – кивнул Руслан и, повернувшись к нам, поинтересовался: – Вот скажи мне, Мажор, у тебя прям терпения нет, как надо послать полковника в пеший эротический поход. Главное не майора даже, а сразу полкана? Вот как так?

– Так он же нам это ружьё с транквилизатором дал, сказал, что любую животину с ног свалит. Всё что размером меньше слона. А ящерице хоть бы хны. Вот и разворотили пару сараев. Вовка вон еле живой, пытался сетью остановить. Его чуть Олег с пулемёта не застрелил, между прочим. А этот орёт, что Хан мазила и не попал, а Хан попал аж два раза. Так что эта хрень не работает. Вот и не сдержался. Прости, командир.

– Быстров, – Руслан посмотрел добрыми глазами на главного ковбоя этого подземелья, – ты зачем на этого динозавра с сетью полез?