Маяк на краю света

Не знаю, что это было за море, но явно какое-то северное, потому как, очнувшись в небольшой лодке, в которой пахло тухлой сыростью и рыбой, я обнаружил, что на моё лицо с серого неба опускались большие снежные хлопья. Голова противно ныла, как от тупого удара в затылок. Я попытался подняться, но поскользнулся и упал, опять оказавшись на спине и ударившись черепом о деревянное дно лодки так, что шапка соскочила. Верно, та же история приключилось со мной и в первый раз, но, должно быть, удар был сильнее, оттого-то я и потерял сознание. Я машинально провёл руками по щекам и обнаружил длинную щетину, которую уже можно было смело назвать бородой. Ладони и пальцы покрывала засохшая грязь, под ногтями она чернела особенно явственно. Я пролежал так несколько минут, слушая доносящиеся издалека крики чаек. А когда, ухватившись за бортики, придал телу сидячее положение, заметил у ног рыболовные снасти и коричневые ленты водорослей, покрывающие дно лодки и мои резиновые сапоги.

Море простиралось до самой линии горизонта, откуда бежали длинные, но невысокие волны. На мгновение меня охватила паника, и я подумал, что вот так безвольно качаюсь на убаюкивающих волнах уже давно, и, наверное, лодку успело унести прочь от маяка. Но, когда я обернулся, за спиной виднелся островок с крутым утёсом и высоким маяком из белого камня.

Был вечер. Солнце неспешно спускалось с неба к морю. Я сидел на берегу, слушал шум прибоя и шорох высохшего камыша. Костёр догорел, и я вырыл из-под тлеющих углей три картофелины, которые вместе с жареным кальмаром составили мой скромный ужин. Голова всё ещё ныла, работать не хотелось, но пришлось пересилить себя и затащить лодку в сарай, потому как с юга надвигались угрожающе-тёмные тучи.

И я не ошибся, ночью и вправду разразился страшный шторм. Волны вздымались на десятки метров, ударяя о стены маяка. Иной раз мне казалось, будто они вот-вот да проломят прочную конструкцию. Сна не было ни в одном глазу. Я сидел в маячной комнате, смотрел на мерцающий огонёк керосиновой лампы и строил планы на завтра. С утра нужно сделать записи в метеорологическом журнале, после было бы неплохо очистить комбинезон от грязи и, если шторм стихнет, наловить рыбы, так как кальмары меня уже порядком достали.

Утро встретило мягким солнечным светом и штилем. Снег, что вчера припорошил остров, растаял. Повсюду желтела жухлая сухая трава. К обеду я закончил все дела. Вытащил из сарая лодку и, уже сидя в ней и начищая щёткой комбинезон, вдруг заметил, что прилипший к штанине плавник был вовсе и не плавником, а чешуёй. Я поднёс её ближе к лицу, чтобы лучше разглядеть. В ярких лучах солнца она и вовсе казалась аквамаринового цвета. Рыбы с таким ярким окрасом, как правило, водятся в южных водах. «Может, принесло течением», — подумал я, отбросив чешуйку, и, поправив шапку, потянул лодку к воде. Спустил у длинного деревянного моста, прочно привязал к столбику и пошёл за рыболовными снастями.

Я отплыл от берега на сотню метров. Наживил червяка на прилично заржавевший крючок и, наблюдая за неподвижным поплавком, стал прикидывать примерный список предметов, что необходимо привезти с материка. Солнце уже припекало по-весеннему, и я снял шапку, отвлекшись от процесса на секунду. Послышался всплеск, однако когда я вновь взглянул на поплавок, тот всё так же торчал на спокойной водной глади. Но из-под лодки побежала рябь, а потом и её саму склонило набекрень. Я обернулся и тотчас выронил удочку из рук: из-за бортика лодки на меня смотрела розоволосая девушка. Я даже дважды перекрестился, отчего она улыбнулась. С минуту мы так и глядели друг на друга. Сердце у меня уже колотило в висках.

— Ты не замёрзла? — спросил я её и услышал, что собственный голос предательски дрогнул.

Она снова улыбнулась, отрицательно мотнула головой и скрылась под водой, но секундами погодя вынырнула с другой стороны лодки с моей удочкой в руке и протянула её мне. Пальцы мои дрожали вслед за голосом. Я скрутил леску и положил удочку в лодку.

— Как ты здесь оказалась? — убедившись, что это не галлюцинация, опять спросил я. — Где-то корабль? Тебе нужна помощь? Вы налетели на скалы?

Её губы растянулись в насмешливой улыбке. И только в этот момент я увидел, что её шею и плечи, торчащие из воды, покрывает редкая чешуя аквамаринового цвета! Мне захотелось перекреститься вновь, но я сдержал порыв. Кем бы ни являлась эта гостья с розовыми волосами, выглядела она безобидно. Однако я всё равно придвинул сапогом гарпун, который взял с собой на случай встречи с акулой.

— Ты не говоришь? — продолжил я расспрос.

Она мотнула головой и показала мне полоски жабр по обе стороны шеи.

— Но мою речь ты понимаешь?

Кивок.

— И как же ты сюда забрела? — пожал я плечами.

Она повела рукой в сторону юга, и я заметил перепонки между её пальцами. Кожа её была обычного «человеческого» цвета, ну разве что чуть с зеленцой. В памяти тут же всплыли все когда-либо прочитанные и услышанные предания о морских сиренах.