Мадам КГБ

Оксана нервно курила у окна, пытаясь понять, откуда растет волнение. Вот уже 15 лет, как она обосновалась в Италии, в приграничном с Францией городе, и десять лет работала косметологом в собственном маленьком, но уютном кабинете в центре города. Клиентами её были в основном женщины простые, но надёжные, русские, украинки, белоруски и казашки. Итальянки тоже иногда мелькали. Восторженно размахивали свежим маникюром, подробно расспрашивая обо всех услугах, и… больше не приходили. Оксана не любила клиенток-итальянок. Они были непоследовательны. Делали маникюр время от времени, интересовались, почему у русских (называя русскими всех девушек из бывшего Союза) такие молодые и ухоженные лица, и когда получали стандартный ответ: «Берегут себя от солнца, используют дорогие кремы и процедуры», сразу теряли интерес. И, конечно же, у Оксаны была маленькая тайна. Кроме обычного ухода за лицом, массажа, маникюра и педикюра, время от времени она колола инъекции красоты, не имея лицензии. Это было незаконно, но очень прибыльно. И поэтому клиентками уколов были только очень надёжные русскоговорящие девушки.

И тут в налаженной жизни Оксаны произошёл небольшой сбой. Накануне позвонила её приятельница Леся, которая подрабатывала уборщицей и сиделкой в Монте-Карло, и сказала, что у неё есть клиентка для Оксаны. Зачем-то Леся заговорщицки зашептала в трубку, что её новая хозяйка, у которой она только начала работать, имеет кучу недвижимости в Монте-Карло. Только вчера Леся убрала огромную старую виллу и небольшую квартиру любовника мадам около казино. Сама мадам водит антикварный «роллс-ройс». Вчера мадам восторгалась Лесиным маникюром (это уборщица!) и Лесиным гладким лицом и ухоженными татуированными бровями. Леся, польщенная вниманием мадам, без задней мысли рассказала о чудесной Оксане с Вентимилья, и мадам, вцепившись в информацию, попросила Лесю незамедлительно записать её к волшебному косметологу.

Оксана злилась на Лесю за её длинный язык. Во-первых, про уколы точно не надо болтать, и во-вторых, Оксана знала уровень сервиса и требований к косметологии в Монте-Карло. Знала и капризных богатых клиенток. Пару лет она поработала в княжестве на контракте маникюршей, и выбрала простоту и свободу.

Вот уже колокол на главном соборе Вентимилья отбил 10 ударов, а мадам всё не было. Оксана в десятый раз смахнула невидимую пыль с мебели, поправила белоснежные полотенца в туалете, разгладила свежую простынь на массажном столе, даже протёрла изнутри окно, включила музыку в стиле дзен и поменяла ароматические палочки.

Без шестнадцати минут одиннадцать Оксана набралась решимости высказать всё мадам в сообщении, и без пятнадцати появилась мадам. Оксана открыла было рот, чтобы произнести подготовленную претензию и отказаться от новой клиентки (ну не хотела она дам из Монако, не любила их и держала обиду), но, увидев мадам на пороге, Оксана забыла обо всём своём раздражении и намерении.

Стройная, с абсолютно прямой спиной, платиновыми волосами до плеч , аккуратно уложенными в каре, дама лет «чуть за шестьдесят» стояла на пороге. Она тут же начала с извинений, и сделала это так искренне, сожалея о том, что подвела Оксану, что той стало неудобно за свои мысли. Мадам говорила по-русски с сильным французским акцентом, делая незначительные ошибки и иногда паузы, чтобы подобрать слово.

Лицо её, особенно глаза и улыбка, очаровывали с первой секунды. Оксана не могла понять, сколько же ей лет на самом деле. В какой-то момент ей можно было дать и шестьдесят пять, и пятьдесят. Всё зависело от эмоции и света. Кожа её, светлая, не похожая на сожжённый пергамент жительниц Лазурного Берега, напомнила ей лицо её украинской бабушки – словно чуть-чуть увядшее осенью яблоко сорта «белый налив». Лучи морщин, устремлённых от глаз вверх к вискам, и от уголков рта также вверх, придавали лицу мадам доброе и родное выражение.

С первой же секунды Оксана попала под обаяние мадам. Она и не поняла, как, но рассказала ей всё, абсолютно всё, что умела и знала. Она, не задумываясь о том, что может лишиться лицензии из-за незаконной деятельности, поведала ей об ампулах с омолаживающими уколами, показала фото своих клиенток до и после. Оксана даже отменила Лену, самую преданную и платёжеспособную клиентку, что должна была прийти после обеда.

Четыре часа, без обеда, Оксана работала с энтузиазмом и давно забытым вдохновением. Она сделала мадам лучшие в своей жизни маникюр и педикюр, и руки и ноги её, единственные выдававшие её возраст женщины 70 лет, помолодели лет на 20. Массаж и маска с омолаживающим эффектом освежили и стёрли с и без того моложавого лица мадам усталость. Мадам попросила сделать ей уколы. И Оксана чуть увеличила губы, придав им припухлости, и вколола немного филлеров в скулы. Она уговорила мадам не трогать морщины у глаз. Когда мадам улыбалась, а улыбалась она всегда, обнажая крепкие ровные зубы натурального цвета, что говорило о здоровье и оптимизме, морщинки разбегались, как солнечные лучики, от её глаз, освещая и согревая теплом и обаянием всё вокруг.