Любовные песни орков

Женька завертелась на теплом камне и от предвкушения даже высунула язык, когда нарушитель достал из наплечный сумки неказистый с виду инструмент и опасливо перекусил первую проволоку в ограждении. После этого он надолго замер, всматриваясь сквозь сетку и через поле в рощу, где уютно устроились поджидающие его охранители – сама Женька, шустрая пигалица с пронзительными серо-зелёными глазищами, и Зоя Дмитриевна, Женькина наставница и гроза местных мальчишек. Разглядеть оттуда орков нарушитель не мог, конечно, но страх заставлял его инстинктивно искать глазами угрозу, притаившуюся по ту сторону границы. Камешки и всякий мусор через забор не кидает – уже опытный, значит. Ну, и не таких обламывали.

– Мы позволим ему проникнуть? – с бесстыдной надеждой зашептала Женька, облизав пухлые губы и покосившись на спокойно устроившуюся у края колодца охранительницу в старинном одеянии из стёганой ваты и грубой ткани грязно-зеленого цвета, каким обожают красить всё подряд зомбецы. Они вообще помешаны на якобы лесной маскировке, хотя любой охранитель учует их на расстоянии, да и зверьё разбегается от шумных и вонючих железяк, а обычным оркам глазеть на бесполезный хлам скучно, да и ни к чему.

– Хочешь поиграться с ним? – поощрительно пропела охранительница, и Женино сердце ёкнуло от счастья – свеженький зомбец достаётся ей! Что хочешь, то и делай. Праздник!

– Да, если можно, – Женька покорно потупилась, пряча растущий охотничий азарт, но румянец на пухлых девчоночьих щеках выдавал с головой.

За эти дурацкую привычку чуть что краснеть и за круглые младенческие щечки Женьку часто дразнили в родной деревне, но она всегда твёрдо знала – закончится обучение, никто не посмеет и рта раскрыть, против охранительницы не попрёшь, а другого ей и не надо. Вот и веселятся, пока могут, глупые мальчики и девочки. Но она не в обиде – что с них взять? Не всем быть такой, как будущая Женька, страшная до одури гроза зомбецов.

Наставница успокаивала, мол, детская внешность – само по себе преимущество. Как будто зомбецов не может спугнуть даже ребёнок-орк! Всех боятся, всех без разбора, потому что не понимают, как у нас тут всё устроено. Ну и поделом.

С чужой стороны приграничная полоса ощетинилась колючей проволокой и хищными с виду вышками, а ночью ещё и пучками неестественного яркого света, направленными на орочью землю. Беззубые орудия с вышек грозили покосившейся от времени невысокой изгороди из ивовых прутьев, по краю огибавшей поле с клевером и кое-где поломанной беглой скотиной, но у зомбецов всё равно поджилки тряслись от мысли, что в ближайших соседях у них орки.

Нарушитель наконец справился с паникой, поднял блестящий инструмент и принялся деловито перекусывать проволоку за проволокой их, зомбецов, высоченного забора, подпёртого толстыми железными балками для устойчивости от коммунячьего ветра. Нашёл ведь место для проникновения – подальше от своих, чтобы по шапке не дали из-за того, что дёргает орков за усы, рискуя навлечь на приграничные территории гнев охранителей или кого похуже. Сдать бы его своим – свои же и накажут, но у Женьки сегодня другие планы.

Глаза её лихорадочно блеснули, даже шея слегка вспотела.

Она сосредоточилась, прикрыла веки и глянула поближе, так, чтобы разглядеть лицо молодого мужчины и его мозолистые руки. Странная зелёно-коричневая одежда прилипла к мускулистому телу, вроде бы и греть там нечему, а у зомбеца пот градом катит по лбу и с кончика носа – кап-кап, только это от волнения, наверное. Небось представляет, как идёт по полю, а его сверху – хвать! Или как там они себе фантазируют тёмными ночами… Женька хихикнула, а потом вдруг охнула от удивления.

– Он же на нашего Мишку похож!

Если бы в сумерках этот зомбец встретился ей у вечернего кострища, то Женька и не отличила бы парней, настолько схожи были их широкие лица и непослушные соломенные волосы. Впрочем, если у Мишки вихры топорщились на макушке, то зомбец явно нарочно прилизывал причёску, придавая себе аккуратный и скучный вид.

– А что тебя удивляет? Они же такие же люди, только… зомбецы. А этот зомбец, вероятно, дальний родственник твоего Мишки или как его там.

– Ага, такие же, – недоверчиво буркнула Женька, понизив голос. Нет, предрассудками она не страдала и отлично понимала, что и зомбецы и орки произошли от общих предков – в теории, но воспринимать существо на двух ногах, тайком лезущее к соседям с намерением поживиться ленинскими монетками или там пионерской зорькой… Разве же это по-людски, воровать у соседей, когда запросто попросить можно?

Женька лихо спрыгнула с гигантского камня, напоследок благодарно похлопав горячую поверхность – напиталась достаточно, аж звенит в ушах от накопленной силищи, и размяла запястья.

– Ты легонько, – посоветовала наставница, – не прибей.

– А вам его жалко, что ли? – хмыкнула ученица.

– Нет, он же нарушитель, то есть твоя законная добыча. Но ты сама будешь зря переживать, если не спровадишь по-хорошему. Пугни его как следует и всё.