Любовное перемирие

Давно известно, что предела совершенству нет. И все же Рейчел Кемпбелл с полным правом могла бы поспорить с этим утверждением. Во всяком случае, соотечественники англичане почитали ее как Леди Совершенство. Каждый, кто видел изображения Рейчел на страницах дорогих глянцевых журналов, мог сам в этом убедиться. Большие серые глаза в обрамлении густых черных ресниц, чисто английская прозрачность кожи, точеный прямой нос и четкая линия подбородка. Чуть удлиненное овальное лицо поражало не только правильностью черт, но и необычной одухотворенностью. Как сказала знаменитая французская писательница Сидони-Габриэль Колетт: «Лицу нужна листва». Красивое лицо с прекрасными волосами — одно из главных физических средств, дающих женщине чувство уверенности в себе, поскольку женские волосы считались со времен королевы Виктории «венцом ее красы». Венцом красы Рейчел Кемпбелл были светлые длинные волосы, которым приходилось уделять много внимания, поскольку она работала фотомоделью. В жестах и осанке Рейчел сквозили внутреннее достоинство и вместе с тем открытость и доброжелательность. Она была не только красива, природа наделила ее умом. Ей никогда не приходило в голову кичиться своей внешностью. Возможно, потому не было у нее врагов и завистников даже среди женщин. Хотя, может, она просто не замечала их. Трудно заметить такую мелочь с высоты роста в метр восемьдесят пять. Высокий рост в сочетании с исключительно красивой внешностью определил выбор ее профессии. Впрочем, выбор сделала не она. Рейчел шла поступать в художественную школу, чтобы выучиться на дизайнера, когда ее увидел фотограф известного модельера Дианы Логан. У фотографа Дика Эндрюса взгляд на женщин был чисто профессиональный, и он сразу понял, что нашел именно ту, которая была ему нужна. И не ошибся. Их сотрудничество продолжалось уже несколько лет…

Как всегда перед съемками на новом месте, Рейчел немного нервничала. Со стороны ее работа могла показаться сплошным развлечением. Где только не побывала она за эти годы: Греция, Италия, Китай, Япония… Неделя в Мадриде, потом в Париже. Приемы по случаю презентаций, цветы, подарки, поклонники. Предложения, зачастую весьма сомнительного характера, и комплименты, комплименты! На самом деле это был напряженный, а порою крайне изнурительный труд. Тем более когда тебе уже не восемнадцать, а двадцать шесть.

Прежде всего, нужно было следить за фигурой, ограничивать себя в еде, посещать тренажерный зал. Не меньше хлопот было с кожей лица, которая, несмотря на тщательный уход, портилась от грима… Нет, у нее пока все было в порядке и с фигурой, и с лицом. Она безропотно переносила все капризы своих заказчиков. Но, почему на этот раз Стелле Добни, главному редактору журнала «Путеводная звезда», с которым у Рейчел Кемпбелл был долгосрочный контракт, понадобилось устроить съемки новой коллекции одежды для новобрачных в Шотландии, было непонятно. Рейчел вздохнула. Нет, она любила свою работу. Тогда в чем проблема? Откуда в душе эта грусть и глухое чувство неудовлетворенности в столь радостный день бракосочетания младшей сестры Ванессы с Оливером Блейком? Впервые за долгий срок Рейчел отдыхала дома в окружении всех членов семьи Кемпбелл, и поводов для грусти не было.

— Не хочешь прогуляться? — тронул ее за руку брат. — Мне кажется, тебе не помешает подышать свежим воздухом. — Он улыбнулся.

Перри и Рейчел были близнецами, но на удивление не были похожи друг на друга: брат уродился точной копией отца, темноволосым и синеглазым. С детства он стал для Рейчел главным защитником и другом, которому она могла полностью довериться. Еще больше их сблизила преждевременная смерть отца. Их мать Фелиция осталась вдовой в слишком молодом возрасте, чтобы отказаться ради детей от личной жизни. Через год после смерти мужа она вышла замуж за Брюса Лэнсберри, который был на семь лет ее моложе. Необычная для супругов разница в возрасте не помешала им жить счастливо вот уже двадцать лет, подарив Рейчел и Перри трех очаровательных сестер, старшая из которых, Ванесса, в этот день стала миссис Оливер Блейк.

Рейчел нежно, чуть рассеянно улыбнулась брату, обвела взглядом лица новобрачных, родных жениха и невесты, гостей, собравшихся в большой гостиной загородного дома, куда семейство переехало из Лондона после ухода Брюса Лэнсберри с поста президента семейной фирмы. Время было позднее, но веселье продолжалось. Рейчел поняла, что их отсутствия, скорей всего, никто не заметит, и кивнула в знак согласия.

— Давно мечтала снова оказаться среди кустов сирени, чтобы взглянуть оттуда на звезды. Помнишь нашу «обсерваторию»?

Перри засмеялся.

— Еще бы! С помощью самодельного телескопа мы надеялись открыть новую звезду и назвать ее твоим именем. Кто из нас мог знать тогда, что ты сама станешь звездой?

— Не надо преувеличивать, — тихо сказала Рейчел, спускаясь за братом по каменным ступеням террасы в сад.