Любовь Яровая

Любовь Яровая, учительница.

Михаил Яровой (Вихорь), её муж, офицер.

Павла Петровна Панова, машинистка.

Роман Кошкин, комиссар.

Швандя, матрос.

Хрущ, Грозной, Мазухин, помощники Кошкина.

Максим Горностаев, профессор.

Елена Горностаева, его жена.

Малинин, Кутов, полковники.

Аркадий Елисатов, деятель тыла.

Иван Колосов, электротехник.

Дунька, горничная, потом спекулянтка.

Махора, девушка.

Марья, крестьянка.

Григорий, Семён, её сыновья.

Пикалов, мобилизованный.

Фольгин, либеральный человек.

Барон.

Баронесса.

Чир, сторож.

Дирижёр танцев.

Закатов, протоиерей.

Костюмов, каптенармус.

Татьяна Хрущ.

Генерал.

Главнокомандующий.

Первый конвойный.

Второй конвойный.

Депутат от помещиков.

Депутат от промышленников.

Продавец газет.

Продавец папирос.

Продавщица папирос.

Продавщица цветов.

Чистильщик сапог.

Первый господин.

Второй господин.

Третий господин.

Матушка.

Писарь.

Рабочие, красноармейцы, офицеры, солдаты, граждане, господа, дамы, гимназистки.

Бывший богатый особняк, где помещаются ревком и другие учреждения. Жизнь бьет ключом. Звонок телефона.

Татьяна (подошла к телефону). У аппарата! Товарища Хруща? Пятая? Сейчас. (Кричит.) Товарищ Хрущ! Вас — пятая дивизия!

Входит Хрущ.

Андрюша, пятая дивизия…

Хрущ (у аппарата). Да, да, я Хрущ. Так… Телефонограмму? Давай. (Приготовился записывать.) Что, что? Жегловский мост? Да не может… Когда? В семь часов?.. Давай, давай… (Пишет.) Есть. Да, да, есть… (Положил трубку; взволнованно, читая телефонограмму.) Есть, чтоб ему не быть. А где Мазухин? Сестрёнка, кликни-ка товарища Мазухина!

Татьяна. Товарищ Мазухин! К товарищу Хрущу!

Входит Мазухин.

Мазухин. Что случилось?

Хрущ. А вот, почитай!

Мазухин читает. Звонок телефона.

Татьяна. У аппарата! Товарища Кошкина? Сейчас. (Уходит в кабинет Кошкина.)

Мазухин (читает). Да!.. (Свистнул.)

Хрущ. Не свистать!

Мазухин. А кто свистит? Я потихоньку.

Из кабинета выбегает Вихорь.

Хрущ. Товарищ Вихорь, почитай!

Вихорь (читает и старается скрыть радость). Вот! Я так и знал!

Хрущ. Что знал?

Вихорь. А то, что этих командиров надо было не у Жегловского моста ставить, а к стенке.

Мазухин свистнул.

Хрущ. Тебе всех бы к стенке!

Вихорь. Да, всех интеллигентов!

Хрущ. Надо взрывать малые мосты.

Вихорь. Эх! Сам ты малый! Взрывать надо, только не малые… Идём к товарищу Кошкину. Жегловский мост имеет важное стратегическое значение. (Ушёл.)

Хрущ и Мазухин тоже уходят. Входит Татьяна.

Татьяна (подошла к аппарату). Через пять минут сам позвонит. (Ушла.)

Входят Панова и Швандя.

Панова. И вы, товарищ Швандя, там были?

Швандя. Необходимо был. Вот как я, так мы, красные, на берегу стояли, а как вы — обратно, французский крейсер с матросами. Всё чисто видать и слыхать. Вот выходит один из них прямо на серёдку и починает крыть…

Звонок телефона.

Починает, обратно, крыть. «Товарищи, говорит, подымайся против буржуев и охвицерьёв».

Звонок телефона.

«Буде нам, говорит, за их…»

Панова. Подойдите же к телефону.

Швандя. А?

Панова. К телефону.

Швандя (идя к телефону). «…за их, говорит…» (Берёт трубку телефона.) Ну? Ревком… «…кровь, говорит, лить…» Так что? Ну, так! Убирайся обратно, к чёрту! У меня тут без вас неуправка — голова кругом идёт, сморкнуться, обратно, некогда. У меня, может, доклад идёт. Говорю, не отрывай пустяками от ударного дела. (Вешает трубку, даёт отбой.) «…Буде проливать, говорит, за их кровь». Дале и пошёл и пошёл крыть!

Панова. По-французски?

Швандя. По-хранцузски! Чисто!

Панова. Позвольте, товарищ Швандя! Ведь вы по-французски не понимаете?